- Удалось восстановить связь? – Рихтер, вернувшись на свое место, тотчас вклинилась в разговор.
- Да, леди-протектор, - Штейнмец вежливо склонил голову, - нам удалось отогнать русских рейдеров и установить новые радиобуи.
- Только отогнать, но не уничтожить. Я правильно понимаю?
- К сожалению, да. Противник использует свою излюбленную тактику «бей-беги», избегая открытого боя. Русские корабли отступили вглубь скопления. Мы полагаем, что у них есть маневренные базы в нашем тылу. Но, нами уже сформированы мобильные группы, и, если это действительно так, проблема будет решена.
- А русский флот?
- Все там же, в системе Сарабарик. Российская группировка, несмотря на то, что почти треть их судов сейчас направлена на ремонт, восполнена судами из резервных групп и кораблей Доброфлота. Они, постепенно подавляют наши системы ПКО на станции, сжимая кольцо блокады. Также отдельными русскими группами взяты под контроль наши объекты на спутниках Урдака, а также топливные заводы на орбите Иморкан. Мы можем констатировать, что Омега – единственная точка, которую мы удерживаем в системе.
- И что? Русские так и сидят в системе, не пытаясь прощупать иные направления?
- Леди-протектор, - слово взял адмирал Ингфилд, - пока Омега под нашим контролем, русский флот ограничится действиями единичных кораблей и малых групп. Они не будут подставлять свои коммуникации, как это делали батары.
- Тогда, - к себе привлек внимание американец, - почему бы нам не контратаковать? Нам известно, что самые боеспособные корабли русские отправили на ремонт. Почему бы нам не воспользоваться моментом и не выбить противника из системы? В конце концов, у нас всё ещё больше кораблей в строю, а также, супердредноут, которому русским нечего противопоставить…
- Экипаж «Мьёлнира» с Вами поспорил бы. – Вставил неудачную шутку Ингфилд, то ли от природной язвительности, то ли желая умерить чужой пыл.
- Все не так просто, генерал. - Карл развернулся к Моргану, менторским тоном раскладывая всю стратегическую обстановку по полочкам. - Да, Гранд Флит обладает тремя дредноутами, среди которых есть супердредноут. Но этого недостаточно. Русские, пока неведомым для нас способом, смогли разработать и внедрить абсолютно иные системы вооружения, о которых нам ничего неизвестно. Одно сказать можно с уверенностью, у империи есть военные суда, обладающие огневой мощью сравнимой с мощью дредноутов. Что самое главное, в глубочайшей тайне. О новых кораблях нам было давно известно и к ним мы и готовились, но чтобы они обладали такой огневой мощью! И их у русских, как минимум, восемь штук. А может и больше. А что по численности, то прошедший бой у Омеги прекрасно продемонстрировал слабую устойчивость в бою лёгких сил против имперских кораблей. Мы теряли фрегаты и лёгкие крейсера десятками, мистер Морган. Десятками! Даже «Валькирии». Мы потеряли половину этих прекрасных кораблей. Русские их выбивали специально…
- Неудивительно, - извиняющимся тоном вклинился Ингфилд, - эти крейсера, а также линкреи «Цербера», единственные показали высокую эффективность в борьбе с новыми русскими судами.
- Верно. – Соглашаясь, кивнул Штейнмец. – Флотская группировка «Омега» понесла большие потери, до трети состава. Многие корабли повреждены. «Многие» значит «до семидесяти процентов в той или иной степени». Как стратегическая боевая единица, флот будет готов не раньше конца первого месяца будущего года.