- «Шанхай» и «Юньнань»?! – Воскликнул Штейнмец, спешно подскочив к карте.
На радостях со своего места подскочила и Рихтер, вперив свой оживший взгляд в отметки кораблей. Весь мостик наполнился восторженными чувствами и вздохами облегчения... вот только опять всю картину портил хмурый хозяин «Оверлорда».
«Где остальные корабли?»
Уже в следующую минуту отметок на карте поприбавилось. Изначально серого цвета, пока не завершится идентификация сигналов «свой/чужой» и частот. Почти пять десятков кораблей, расходящихся веером в атакующей формации. В этот момент в голове бессменного командующего гранд-флита что-то оглушительно щёлкнуло. Странная тактика русских, неожиданное подкрепление из непонятных кораблей.
- Ловушка! – На миг потеряв контроль над чувствами и голосом воскликнул Филипп, за что получил недоумевающие взоры окружающих. – Это враг! Лифде, отх...
- Что происходит!? – Воскликнула сбитая с толку Рихтер. – Это ведь...
В этот момент серые отметки, шедшие в одном ряду с «Шанхаем» и «Юньнань», окрасились в ярко-красные цвета.
- ... не наши.
Гулко заключила леди-протектор.
***
- А вот и Максимова. – Довольно заключил генерал-адмирал.
Сражение, как и ожидалось, проходило крайне непросто. Люди устали, «устала» и техника, высокие потери давили на психику, а значительная часть кораблей имела те или иные повреждения, но русский флот всё-таки выстоял в этой изнурительной битве. Выстоял и готовился к заключительному рывку.
В тыл к конфедератам вышло флотское соединение под командованием вице-адмирала Максимовой, в составе которого пять, мать их, дредноутов. Фролов до последнего сомневался в успехе операции, разработанной спецслужбами империи и Стуковым, и до последнего экономил и старался держать в резервах часть сил и средств для непредвиденной ситуации, но опасения не подтвердились – Чёрная эскадра справилась. Успех превратил её в по-настоящему грозную ударную силу, и теперь в игру вступает пятёрка гигантов под прикрытием почти что пятидесяти крейсеров разного типа.
Ситуация на поле боя кардинально изменилась. Пусть конфедераты и сохраняли преимущество в общем количестве боевых кораблей, но за русским флотом окончательно закрепилась превосходящая огневая мощь. Пять дредноутов и восемь линкоров (даже если рассматривать каждого из них как условную половину дредноута), против пяти дредноутов противника. И даже так, нужно понимать, что за грозной формулировкой «пять дредноутов противника» стоит не столь красивая реальность, которую можно описать как «пятёрка могучих, но разнотипных и уже достаточно потрёпанных в бою кораблей». Уже не прогноз, а вердикт генерал-адмирала был категоричен – разгром. Разгром флота Конфедерации неминуем. Стратегический план сработал, и теперь осталось только довершить начатое.
Тем временем противник, доселе неуклонно давивший на протяжении всего «фронта», распознав новые цели, явно замешкался и, частично прекратив огонь, стал стремительно перестраиваться. Откровенно говоря, это… было больше похоже на панику. Отдельные тактические флотские группы стали перемежевываться, перемещаясь в тыл флота, часть эскадрилий также отзывалась с передовых линий, ослабляя фронт в целом. Складывалась картина, словно враг планирует вести круговую оборону, но... нет, к сожалению, так легко это сражение не завершится.
По всей видимости, противник взял себя в руки. Генерал-адмирал не особо верил в россказни о коллегиальном управлении флотом противника, разумно полагая, что все равно должен некий лидер и авторитет, «первый среди равных», что в критические моменты держит под контролем и направляет подобную силищу. Но наблюдая за тем, как некогда растерянный флот противника стал вести себя отлично от того, как он себя вёл в последние часы, можно было предположить, что в настоящий момент этот лидер сменился и, как предполагал генерал-адмирал, этот кто-то – носитель очень характерной вариации английского акцента…
Флот Конфедерации перестал мельтешить и суетиться. Жаль, очень жаль, что хаос продолжался недолго, отчего русские не успели в полной мере воспользоваться подобной ситуацией, а спохватившиеся конфедераты стали выстраиваться в атакующую формацию, полностью проигнорировав стремительно приближающуюся группу Максимовой.