Линейные корабли обменивались залпами, стремительно просаживая щиты друг друга, впоследствии нанося первый реальный урон. «Оверлорд» стал уверенно теснить «Наварин», пробив его щиты и нанося удар за ударом, не лишившись в свою очередь даже кинетического щита – мощи орудий одного только «Наварина» для подобного оказалось недостаточно. «Елизавета II», один из новейших дредноутов королевского флота, также вполне уверенно держала удар «Измаила», нисколько ему не уступая ни в крепости щитов, ни в силе залпов. Можно заключить, что тут борьба шла на равных.
Однако подобным успехом не мог похвастаться «Гунгнир», флагман адмирала Лифде, выступивший против сразу двоих визави «Громобоя» и «Аскольда». Он уверенно перенёс полученный урон, а повреждения были далеки от критических, но его изрядно перегревшиеся орудия уже не могли выдать максимум, заложенный характеристиками, и заметно уступали противнику в огневой мощи.
Несмотря на развязавшее сражение линейных сил, так и не давшее быстрого результата, русские, по сути, реализовали задуманное. Огневой мощи одного «Оверлорда», разумеется, было недостаточно, чтобы сломить сопротивление русских линкоров, в связи с чем флот конфедератов стал снижать свою скорость, а его наступательный порыв стал выдыхаться. Гранёный штык военной мощи Конфедерации увяз в русском построении.
Дабы переломить скверно складывающуюся ситуацию и проломить блокирующее построение русского флота, флотоводцы конфедератов бросили в прорыв свои крейсера. Оставшиеся в строю «Валькирии», «Кёнигсберги», зоопарк крейсеров всех рас и народов, а также два доселе придерживаемых в резерве линейных крейсера, в своё время переданных «Цербером»: «Лакония» и «Мессения». Благодаря относительно большим расстояниям, на которых велись перестрелки линкоров, крейсера до этого момента оставались безучастными наблюдателями, занимаясь разве что перехватом неприятельских ракет. Теперь, воспрянув ото сна, крейсерские группы ринулись в бой, чтобы пробить путь спасения для остального флота. Предсказуемо, им на встречу выдвинулись русские «Броненосцы» и тяжёлые ракетоносцы.
В отличие от битвы за Омегу, на этот раз, несмотря на общее численное превосходство крейсерской группы конфедератов, «Броненосцев» было больше «Валькирий». Последние пусть и получили капитальный ремонт, но построить новые корабли подобного типа Конфедерация уже была не в состоянии из-за разорванных логистических цепочек. Последний фактор был долгоиграющим, но прямо сейчас он приобретал особенную важность в свете того, что «Валькирии», как и прочие крейсера конфедератов, в отличие от «Броненосцев», активно участвовали в сражении и вместе с коллегами получали урон и несли потери, из-за чего их боеспособность была сейчас на, скажем так, «крайне разном» уровне. Схожая ситуация была с линкреями «Цербера». «Мессиния» находилась в полностью боеспособном состоянии, в отличие от «Лаконии», чьи артиллерийские палубы левого борта в своё время были щедро распаханы князьями-линкорами «Аскольдом» и «Диром». «Лакония» хоть и получила ремонт после Омегонского сражения, но полностью восстановить свой боевой функционал не смогла где-то из-за отсутствия, а где из-за банальной невозможности доставить специфические новейшие системы и вооружение. На текущий момент «Лакония» на две трети уступает в огневой мощи «Мессинии», своему однотипному систершипу.
Первый, уже ставший традиционным, удар нанесли русские корабли. Шедшие позади «Броненосцев» тяжёлые ракетоносцы стали отправлять в сторону противника свой основной актив – противокорабельные ракеты. Впрочем, «Броненосцы», также имевшие пусковые установки, хоть и не такие многочисленные, от них не сильно не отставали. Естественно, противник был готов к подобному развитию сражения, выдвинув к фронту корабли с наиболее сохранившимися и активными системами ПКО, что и позволило кораблям Конфедерации перехватить большую часть ракет... но без исключений дело не обошлось. Усилив фронт, конфедераты ослабили свои фланги, за что вскоре и поплатились. На правом фланге переданный по ленд-лизу крейсер европейский постройки, «Веддерен», уже успевший отхватить пару «алмазных» снарядов несколько часов назад, ошибся с манёвром. Две ракеты с ядерным лазером поразили корабль в верхнюю полусферу, и хоть и не уничтожили крейсер, но абсолютно точно окончательно вывели тот из боя. Потеряв энергию, «Веддерен» ушёл в неконтролируемое вращение. Похожие и худшие участи ожидали и массовку из других фланговых кораблей. Полтора десятка крейсеров, не сумевших отразить ракетные атаки, погибали или выходили из боя от полученных повреждений. Старенький американский крейсер «Алабама» с вышедшим из строя кинетическим щитом в разгар боя получил ракету в корму, прямо в кластер двигателей, где многочисленные осколки, ринувшиеся внутрь корабля, поразили реактор и топливную систему, ужасающе быстро превратив почти что семисотметровый крейсер в огненный шар. Один из азарийских крейсеров переоценил свои силы и выдвинулся вперед, желая своими системами ПОИСК прикрыть товарищей, но не уследил за собственной обороной и получил сразу четыре ракеты в верхнюю надстройку-плавник. Корабль за кораблём встречали свою трагичную судьбу, становясь уникальной трагедией и тривиальной цифрой в статистике.