Во всей этой «близкородственной» вакханалии хорошо себя чувствовали разве что церберовские линкреи, чьё бортовое расположение орудий позволяло им на равных сражаться с «Броненосцами»... до некоторых пор. «Мессения» и «Лакония» сошлись в бою с первым дивизионом «Броненосцев»: «Тетраморф», «Проконсул Кавказа», «Муу Хот» и «Ташкентский Лев». «Мессения» уверено вела перестрелку с «Тетраморфом» и «Проконсулом Кавказа», нанеся обоим кораблям ощутимый урон, но, оказавшись в столь напряжённом противостоянии с двумя противниками, не смогла помочь своему менее боеспособному товарищу. Вокруг «Лаконии» уже разворачивалась трагедия. Линкрей под гнётом русских орудий окончательно потерял щиты и мог активно отстреливать разве что с правого борта, удерживая «Ташкентского Льва» на почтительном расстоянии, в то время как левый мог позволить себе лишь редкие залпы из нескольких орудий. Эти редкие залпы совсем не впечатлили экипаж уже «Муу Хота», зашедшего как раз с данного уязвимого направления. Не мешкая, бесхитростно и с беспощадной эффективностью «Муу Хот» выпустил в упор по врагу весь остаток своих ракет, насчитывавший восемь штук, подкрепив это массированным огнём бортовых орудий. Высокое насыщение орудиями и сопутствующими системами борта корабля сыграло с ним жуткую шутку – каскад пробитий и взрывов обрёк «Лаконию» на быструю гибель. Это, в свою очередь, позволило «Муу Хоту» и «Ташкентскому Льву» присоединиться к своим товарищам в битве с «Мессенией», которая, оставшись в одиночестве, попыталась вырваться из жёсткого клинча, навязанного ей «Тетраморфом» и «Проконсулом Кавказа», в котором, как изначально казалось капитану «Мессении» он одерживал вверх. Эти мысли быстро забылись, когда «Броненосцы» бульдогами вцепились в загнанного врага мёртвой хваткой.
А тем временем русские линкоры продолжали противостояние с дредноутами Конфедерации. «Наварин» получил тяжёлые повреждения и сильно сбавил ход, но из боя не выходил, хоть и было принято решение эвакуировать половину экипажа из небоевых вахт. «Измаил» чувствовал себя гораздо лучше и, дуэлируя с «Елизаветой II», нанёс английскому кораблю некоторый урон. Не смертельные повреждения получили «Чесма» и «Хиос», вступившие в напряжённую битву с «Инвинсиблом», который стойко выдержал удар сразу от двух противников. Подобного нельзя сказать о двух старичках, «Ауксиларии» и «Гунгнире». Некогда батарианский дредноут, откровенно говоря, разваливался на ходу, наполучав несколько десятков снарядов с «Рюрика» и «Ретвизана». Степень и серьёзность повреждений были таковы, что дредноут полностью прекратил какую-либо боевую активность и полностью сосредоточился на борьбе за живучесть. Наблюдая это, русские линкоры, сменили свою цель и обратили свои взоры и прицелы на «Оверлорд», дабы облегчить ситуацию для «Наварина», оставив «Ауксилария» бесконтрольно вращаться в пустоте космоса. «Гунгнир» более стойко держался против «Громобоя» и «Аскольда», но системы флагмана адмирала Лифде отказывали одна за другой. Нанеся в начале схватки ощутимый урон «Аскольду», «Гунгнир» также стал потихоньку выходить из боя.
Несмотря на то, что флот Конфедерации упорно сражается и до сих пор наносит ощутимый урон противнику, он оказался в сложной ситуации, окончательно завязнув на поле боя. Прорыв застопорился, перейдя в смертоносную толкучку. Отсюда стало вытекать множество негативных моментов, главный из которых в том, что флот был не в состоянии больше удерживать избранное им «штыковое» построение, став постепенно расступаться и втягиваться в локальные бои. Наступательный порыв конфедератов окончательно выдохся и застопорился, хотя и не всё было потеряно. Новый план был быстро разработан на мостике «Оверлорда»...
Но флот вице-адмирала Максимовой к этому моменту уже достиг своих позиций и открыл огонь из главных калибров всех своих пяти дредноутов, стремясь поставить жирную точку в сражении.
Глава 72
Но близок, близок миг победы.
Ура! мы ломим; гнутся шведы.
О славный час! о славный вид!
Еще напор — и враг бежит.
И следом конница пустилась,
Убийством тупятся мечи,
И падшими вся степь покрылась,
Как роем черной саранчи.
А.С. Пушкин «Полтава»
Конфедерация проиграла Битву за Анхур. С момента, когда в систему прибыло подкрепление русского флота, включавшее пять дредноутов, это уже был факт, и он был однозначен и неоспорим. Именно это обстоятельство побудило командование конфедератов предпринять шаг рискованный, но дававший хоть какие-то шансы уже не на победу, а просто на выживание части флота. Прорыв, на который будут брошены все возможные силы и средства… точнее, попытка прорыва. Согласно расчётам командования, такой манёвр имел шанс на успех, если действовать решительно, выжать максимум из кое-как сохранившегося численного преимущества, направить все усилия на и сквозь самый уязвимый участок вражеской обороны и… стараться не думать о жертвах. Однако оборона и реакция русских на новые вызовы показали гибкость мышления и стойкость характера. Пусть и с большими потерями на своей стороне, но русскими наступательный порыв конфедератов был нивелирован, а флотские соединения последних окончательно увязли во вражеских оборонительных линиях.