— Откуда эти данные? — я задал вопрос Стукову, в игре подобного точно этого не было, — и что вы можете сказать по артефакту?
— Эта информация попала к нам ещё во время войны. Мы её перехватили у китайцев, как раз командой, в которой работал я. До сегодняшнего дня она находилась в архиве. Об артефакте мы знаем мало, до сих пор нет даже чётких подтверждений его существования. Как и было сказано, был найден турианскими учеными, на данных кадрах видно, что с ними стало. Схожесть очевидна, вот я и вспомнил. Что касается самого артефакта, о его местоположении китайцам сообщил некий Бен Хислоп, наемник, сообщивший также, что генерал Десолас Артериус прибыл на планету ради некого артефакта, но в данный момент находится в плену у его команды. Прибывшие позже китайские военные никого не обнаружили, но, видимо, спугнули турианцев, из-за чего те не успели забрать все тела. Дальнейшая судьба артефакта неизвестна. Можно лишь предположить, что он был уничтожен вместе с Десоласом на Палаване.
— Уничтожен?
— Да, орбитальным ударом по храму Палавена.
— Что заставило турианцев наносить орбитальный удар по своей планете? — резонный вопрос задал Фролов.
— Возможно, неудачный эксперимент.
Что-то я совсем запутался. Десолас Артериус это брат Сарена, из-за смерти которого он обижен на человечество. Вот только в игре причины смерти Артериуса не раскрывались… или я не помню. Все страннее и страннее. Откуда-то взялись хаски-турианцы на Шаньси. Что вообще происходит в этой сумасшедшей галактике?!
— А что там с наемниками? — Соловьев спросил у Стукова.
— Вся информация о них удалена, ни в одном агентстве наемников Бен Хислоп не числился, что довольно странно, китайцам он назвал свой сертификационный код наемника.
Та-ак, интересно. Биографию Призрака вне трилогии я не знаю, но упоминалось, что он участвовал в какой-то заварушке во время войны, и после неё возненавидел всех нелюдей. А тут вот как… Возможно что здесь не обошлось без Харпера, это определенно зацепка, которая маячила все время перед носом. Несмотря на то, что Харпер под своим именем действует вполне открыто, мне так и не удалось узнать о нем ничего дискредитирующего. Обычный глава большой корпорации, сборища богатеев, дорогие девушки, в общем, идеальный образ классического богатея, но и на людях особо не светится.
— Мне нужна подробная информация о всех тех событиях и их участниках, — обращаюсь, в очередной раз уже, к главам разведок, — в средствах вас не ограничиваю. Если надо, залезьте хоть в глотку примарха, и разберитесь с этим наемником, это может хоть как-то пролить свет на произошедшее.
Получив в ответ кивки, я продолжил.
— Господин Медведев, что вы скажете об изучении Левиафана вашей командой?
— Если мы приступим к изучению объекта сейчас, это гарантированно приведет к жертвам среди персонала. Мы сейчас разрабатываем методику, которая позволит нам минимизировать жертвы среди персонала, но для этого нам нужно время и подопытные.
— Тюрьмы, в вашем распоряжении. — кривая усмешка вылезла на лице Фролова.
— Вы утверждали, что большей опасности подвержен средний профессиональный состав? — Стуков сделал вид, что не заметил фразы Фролова.
— Нельзя ни в чём быть уверенным на сто процентов, но за учёным легче уследить и проконтролировать его состояние до того как произойдут необратимые изменения. Что касается лаборантов и технических работников… здесь всё сложнее, разный интеллектуальный уровень, эмоциональность и нестабильность. За каждым просто не уследишь. Мы можем доверить некоторые функции роботам, но это не везде возможно, а также мы не знаем, как это излучение влияет на ВИ.
— Если я вас правильно понял, — Стуков продолжил, — вам нужен младший и средний научный персонал, со стабильным психологическим состоянием и стальной «волей».
— Выходит что так.
— Ну, я, кажется, знаю, где таких найти…
***
Сердце сто тридцатого императора Японии вновь наполнилось грустью. Его величество Ёсихито правит уже тридцать три года, и за свою долгую жизнь он увидел и познал многое. Его правление началось во времена, когда Япония была третьеразрядным государством, не смотря на то, что Она сделала огромный рывок вперед относительно начала двадцать первого века.
Создание Второй Российской Империи современники назвали монархической революцией, которая вдохновила монархистов во всем мире. Япония в этом плане не могла стать исключением. Старый император Акихито правил согласно девизу своего правления — Хэйсэй, «Установление мира», и даже мысли не допускал об изменении статуса тэнно в Японии. Да и Япония в целом была далеко не та, что в начале двадцатого века. Сыновья императора были слабы, как правители. Выросшие в философии своего отца, они лишь смиренно отыгрывали свои роли. Ситуацию изменил внук императора –Хисохито, а точнее — его окружение.