«Запутанная ситуация, — подумал Рейт. — Любопытно, что контракт предусматривал метод «двенадцати прикосновений». Если человека необходимо срочно отправить на тот свет, гораздо эффективнее нож, пуля или лучевой разряд. Первая инъекция — из двенадцати? Способ поторопить с отъездом?»
«События принимают сомнительный оборот, — сказал он Тразу. — Я даже не совсем понимаю, к чему идет дело».
«Чем скорее мы унесем ноги из Сеттры, тем лучше», — нахмурился Траз.
«Согласен».
Появился дирдирмен Аначо — свежевыбритый, сияющий великолепием в новом черном камзоле с высоким воротником, бледно-голубых панталонах, алых полусапожках с модно загнутыми вверх носками. Рейт завел друзей в нишу подальше от входа и описал события дня: «Теперь нам нужны только деньги — а деньги я намерен выжать из Сизанте, сегодня же вечером».
Послеполуденные часы тянулись медленно. Наконец прибыл Хельссе в фешенебельном вельветовом костюме канареечного цвета. Он вежливо приветствовал троих друзей: «Как вам нравится в Катте?»
«Благословенная страна, — сказал Рейт. — Нигде еще не чувствовал себя так беззаботно».
Хельссе не потерял апломба: «Превосходно! Теперь, в том, что касается сегодняшнего обеда — господарь Сизанте подозревает, что вы и ваши друзья, скорее всего, сочтете официальный званый обед чересчур утомительным. Поэтому он предлагает устроить нечто вроде короткой кулуарной беседы с легкими закусками — в любое время по вашему усмотрению. Если хотите, даже сейчас».
«Мы готовы, — сказал Рейт. — Но, чтобы предотвратить какие-либо недоразумения, разрешите напомнить, что мы настаиваем на почтительном приеме. О проникновении в дворец украдкой, через задний ход, не может быть и речи».
Хельссе произвел неопределенно-легкомысленный жест кистью руки: «Неофициальная встреча — неофициальный протокол. Таковы правила».
«Придется выразиться точнее, — сказал Рейт. — Наш «статус» требует, чтобы мы воспользовались парадным входом. Если господарь Сизанте возражает, ему придется встретиться с нами в другом месте — например, в таверне на Овальной площади».
Хельссе не удержался от сконфуженного смеха: «Он скорее напялит дурацкий колпак и начнет отплясывать вприсядку на бульваре Веселых Гуляк!» Секретарь скорбно покачал головой: «Чтобы избежать трудностей, придется идти через парадный вход. В конце концов, какое это имеет значение?»
Рейт тоже рассмеялся: «Особенно если учесть, что Сизанте приказал провести нас через судомойню за кухней и лакеи не посмеют предупредить его о нарушении приказа! Пусть — меня устраивает такой компромисс. Поехали!»
В Синежадентный дворец их отвезли в глянцевом черном ландо. Согласно указаниям Хельссе, машина подъехала к арке парадного входа. Хельссе вылез, бросил задумчивый взгляд вдоль фасада дворца и провел трех чужеземцев в просторное зеркальное фойе. Пробормотав пару слов привратнику, секретарь пригласил гостей подняться по пологой лестнице в небольшой зеленый с золотом салон, выходящий окнами на внутренний дворик.
Сизанте в салоне не было.
«Пожалуйста, садитесь, — учтиво сказал Хельссе. — Господарь Сизанте скоро присоединится к вам». Резко вскинув голову, секретарь удалился.
Прошло несколько минут. Вошел Сизанте — в длинной белой мантии, мягких белых туфлях, черной ермолке. На лице его отражалась привычная мрачная рассеянность с оттенком капризного раздражения: «Где человек, с которым я говорил раньше?»
Хельссе, следовавший за господарем по пятам, прошептал ему что-то на ухо. Господарь повернулся к Рейту: «Так-так. Ну что же, можете не вставать. Хельссе, вы позаботились о закусках — что-нибудь подходящее?»
«Разумеется, ваша светлость».
Лакей вкатил этажерку на роликах, предложил блюда со сладкими вафлями, солеными хлопьями съедобной коры, кубиками пряного холодца, графины с винами, кувшинчики с ароматными эссенциями. Рейт согласился попробовать вино. Траз взял бокал сиропа. Аначо смешал в рюмке пару зеленых эссенций. Господарь Сизанте вынул из подставки дымящуюся палочку благовонного курения и стал расхаживать взад и вперед, потряхивая палочкой в воздухе. «У меня для вас неприятные новости, — внезапно сказал он. — Я отменяю все предложения и обязательства. Короче говоря, можете не рассчитывать на получение награды».
Рейт пригубил вина и дал себе время подумать: «Таким образом, вы удовлетворяете претензии Дордолио?»
«Не считаю нужным вдаваться в подробности. Мое заявление следует рассматривать в самом обобщенном смысле».