Рейт нехотя поднялся на ноги: «Очень хорошо. Каким оружием вы желаете пользоваться в ходе вашей демонстрации?»
«Мне все равно! Выбирайте по своему усмотрению — рапиры или шпаги. Так как вам неизвестны рыцарские манеры, обойдемся без преамбулы — достаточно сигнала к бою».
«И сигнала об остановке боя, я полагаю?»
Дордолио усмехнулся в усы: «Смотря по обстоятельствам».
«Будь по-вашему, — Рейт повернулся к Пало Барбе. — Позвольте мне взглянуть на ваше оружие».
Пало Барба открыл футляр. Рейт выбрал пару коротких легких клинков.
Дордолио с отвращением уставился на шпаги, подняв брови: «Детское оружие — для обучения мальчишек!»
Рейт взвесил шпагу в руке, помахал клинком в воздухе: «Мне оно подходит как нельзя лучше. Если вам не по душе короткий клинок, берите любой другой».
Дордолио с досадой взял легкую шпагу: «Не слушается руки, не дает ни размаха, ни точности выпада…»
Быстрым движением острия Рейт надвинул шляпу Дордолио ему на глаза: «Как видите, с ней можно неплохо управляться!»
Без лишних слов Дордолио снял шляпу, расстегнул манжеты белой шелковой блузы: «Вы готовы?»
«Когда вам будет угодно».
Дордолио поднял шпагу в нелепом салюте, поклонился зрителям налево и направо. Рейт отступил на шаг: «Я полагал, что мы обойдемся без церемоний».
Дордолио только оскалил зубы в злобной усмешке и бросился в свою обычную атаку с притопыванием. Рейт без труда защитился, ложным выпадом заставил противника открыть позицию и ударил сверху вниз по пряжке, поддерживавшей бриджи кавалера.
Дордолио отскочил, снова бросился вперед. Его злобная улыбка помрачнела. Он обрушил на Рейта лавину ударов, подскакивая со всех сторон, но предусмотрительно экономил силы, нащупывая слабые места. Рейт реагировал небрежно, почти лениво. Дордолио сделал ложный выпад, отвел в сторону клинок Рейта, нанес прямой колющий удар. Рейт уже отскочил — лезвие кавалера проткнуло воздух. Рейт с силой рубанул по пряжке бриджей — она расстегнулась.
Нахмурившись, Дордолио отступил. Рейт догнал его, ударил по другой пряжке — бриджи кавалера разошлись на талии.
Покраснев, Дордолио бросил шпагу: «Смехотворные игрушки! Фехтуйте настоящим клинком!»
«Выбирайте оружие по вкусу. Я буду драться этой шпагой. Но в первую очередь рекомендовал бы сделать все необходимое для удержания ваших штанов — вы ставите нас обоих в неловкое положение».
Дордолио поклонился с ледяной грацией, отошел, подвязал бриджи кожаной тесьмой: «Я готов. Раз вы настаиваете, а также в связи с нравоучительным характером поединка, я воспользуюсь более привычным оружием».
«Как вам угодно».
Дордолио взял свою длинную, гибкую рапиру, повертел ее над головой так, что лезвие запело в воздухе, после чего, кивнув Рейту, перешел в нападение. Тонкий наконечник хлестал вправо и влево. Рейт отвел его быстрым движением кисти и будто случайно, издевательски похлопал плоской стороной клинка по щеке кавалера-яо.
Дордолио моргнул, набросился на Рейта яростными прыжками. Рейт отступал. Яо следовал за ним, часто притопывая, далеко отставляя назад левую ногу и низко приседая на правую, нанося хлесткие удары со всех сторон. Защищаясь, Рейт похлопал кавалера по другой щеке и быстро отскочил назад: «Я немного выдохся. Может быть, на сегодня хватит?»
Дордолио яростно уставился на противника, ноздри его разошлись, грудь вздымалась и опускалась. Он отвернулся, посмотрел на море, подавил тяжелый вздох, снова повернулся к Рейту. «Да, — сказал он глухо. — Мы достаточно порезвились». Взглянув на украшенный драгоценными камнями эфес своей рапиры, он сделал такое движение, будто собрался выбросить ее за борт. Вместо этого, однако, он вложил оружие в ножны и поклонился Рейту: «Вы превосходно фехтуете и преподали мне полезный урок. Я у вас в долгу».
Пало Барба вышел вперед: «Хорошо сказано — как и подобает настоящему каттскому кавалеру! Довольно сверкания лезвий и звона металла. Утро на исходе: выпьем по бокалу вина».
Дордолио снова поклонился: «В свое время». Он ушел в каюту. Роза Катта сидела без движения, как вырезанная из камня.
Хейзари принесла Рейту бокал вина: «У меня замечательная идея».
«Какая?»
«Вы сойдете с корабля в Уайнессе, поедете с нами на Садовый холм и будете помогать отцу в школе фехтования — легкая жизнь, никаких забот, никаких опасений…»