– Как и мануфактории, – добавил Форшпунг, делая несколько шагов в противоположную сторону, явно ожидая, что остальные последуют за ним. Его голова повернулась ко мне. – Хотя я боюсь, ваш визит придётся немного отложить.
– Ничего страшного, – заверил его я, немного прибавляя ходу, чтобы поспеть за космодесантниками, хотя Мори и сам сбавил шаг, отчего его походка казалась непривычно медленной для Адептус Астартес. – Так куда мы идём?
– В другое святилище, – он метнул взгляд на Мори, будто гадая, стоит ли распространяться, но брат-сержант склонил голову, давая молчаливое разрешение. – То, где мы производим оружие и другое снаряжение для ордена сержанта Мори.
– По крайней мере, должны производить, – сказал Мори. Он с лёгким весельем улыбнулся мне. – Я полагаю, вы оказались здесь, потому что Имперская Гвардия разочарована не меньше нас?
– Вы правы, – подтвердил я, задумавшись на миг, стоит ли делиться подозрениями, что мне передал Форшпунг, но решил пока их придержать. Я не знал, кто или как здесь мог бы нас подслушать, да и Форшпунг мог бы счесть, что я предал его доверие. – Но я уверен, что вместе мы сможем докопаться до сути этой проблемы, – я со значением посмотрел на техножреца, но если он и понял, о чём я говорю, то не подал виду. Магос повёл нас вниз по широкой лестнице[51] и, миновав несколько шлюзов, мы оказались в нужном ангаре.
– Этот тот самый аэромобиль? – спросил я, указывая на четырёхместный грависедан в обычных красных цветах Механикус[52] с изображениями серебряных шестерёнок на передних дверях, призванных прогнать любые сомнения в том, кому принадлежит эта машина. Рядом стояло несколько грузовых челноков – они были почти вдвое больше и намного менее холёными и блестящими. Вокруг них суетились машиноведы, но в остальном это место было в нашем распоряжении.
Мимо проковыляла кучка сервиторов с оборудованием для рабочих, совершенно игнорируя нас и грохоча ногами о металлические решётки пола. Посмотрев вниз, я заметил, что пустоты между решётками и камнебетонным полом набиты кабелями и выцветшими бумажками с молитвами – вероятно, выброшенными во время рутинного обслуживания и переосвящения техники.
– Именно так, – подтвердил Форшпунг, ведя нас прямо к аэромобилю и неожиданно исполнив «ласточку», чтобы не наступить на КОТа. Сделать вид, что этот манёвр был рассчитан заранее, у него не вышло. Как будто надеясь искупить потерю равновесия чрезвычайно собственническим жестом, магос указан на аэромобиль. – Он ваш на время пребывания здесь, – магос взял небольшую паузу, как будто его посетила внезапная мысль. – Сможете ли вы управлять им?
– Смогу в крайнем случае, – осторожно ответил я. Обычно я позволял сесть за руль Юргену, разумно считая, что если мне суждено по-глупому погибнуть в смятой металлической коробке, это, по крайней мере, будет не моя вина (а если учесть, как водит Юрген, то опасность грозила скорее жизни и здоровью тех, кто окажется у него на пути – ещё один довод в пользу моего выживания). Но укоренившаяся неприязнь моего помощника к любым воздушным путешествиям означала, что его ненормальная способность выжимать из наземной техники куда больше, чем задумывали её конструкторы, в этом случае не поможет. Я был очень поверхностно знаком с управлением обычным аэромобилем, а также вынужденно овладел азами искусства ни во что не врезаться, когда в тебя стреляют, но не буду скрывать – десятилетия, проведённые в окружении всевозможных мелких сошек, оставили мои лётные навыки на уровне азов. – Признаться, у меня давно не было практики.
Я взглянул на Юргена, грязь на лице которого уже побледнела, и решил, что лучше даже не просить.
– Я умею водить «Лэнд Спидер», – неожиданно вступил Мори. – А аэромобиль мало от него отличается[53].
– У них действительно есть некоторые сходства в управлении, – дипломатично согласился Форшпунг, – но учитывая обстоятельства, я полагаю, взять на себя управление стоит мне.
Юрген пробормотал что-то похожее на «Хорошо, что так», но судя по его бледности, хорошего он в этом находил мало.
– Тогда не стоит медлить, – сказал Мори и сделал пару шагов к аэромобилю, но тут же замер, когда до нас всех дошло, что машина рассчитана на обычных людей, и её крыша располагается где-то на уровне бёдер космодесантника.
– Или нет, – Форшпунг повернул голову и сделал жест группке машиноведов, что толклись вокруг какой-то промышленной машины – как и аэромобиль, она парила в паре сантиметров над полом, издавая слабое и раздражающее гудение. Один из техножрецов, ковырявшийся в челноке, ответил ему движением механодендритов и поспешил к нам, чирикая что-то на двоичном.