Тихий мелодичный звон древней керамики разбудил его от грез.
Ничего не интересовало этого человека. Для него это была просто фиолетовая чашка.
Да, - с трудом сдерживая себя, произнес смотритель, - Забавная вещица.
Посетитель взял в руку и начал рассматривать фарфоровую танцовщицу с таким видом, словно жалел, что ей нельзя заглянуть под раскрашенное платье.
Та же династия Сун, господин офицер, - проглотив и это оскорбление, - Эта девушка должна была сопровождать и ублажать какого-то важного чиновника и после смерти…
С какой-то невыразимой злобой, он поставил её обратно на пыльный ящик. Старику показалось, что что-то в фарфоровой служанке хрустнуло, но проверять при британце он не решился.
Нет, его надо было удивить, раззадорить.
Возможно, вас заинтересуют предметы другого погребального культа. Более…- он скользнул взглядом по загорелой у лицу, наглухо застегнутой шинели, - Более интересные вам…По роду занятий.
Он сделал знак и полковник последовал за ним, а смотритель давал пояснения:
Эта коллекция предметов погребального искусства, более древнего,чем древнеегипетское. Хотя, в каталог музея она была занесена как творение жителей Чёрной Кем и мастера явно руководствовались общими художественными и религиозными канонами - эти предметы пришли к нам не из долины Нила. Их выкупил ещё основатель музея, почтенный герр Бринкман. На неё ушли почти все тринадцать тысяч марок, пожертвованные Патриотическим Сообществом…- Пыхтел он, задыхаясь от пыли, доставая из ящиков и срывая хрустящие от гипса покрывала с фресок и каменных плит, - Вы наверняка слышали…
Не слышал.
… В общем, эта находка произвела самый настоящий фурор. Переворот в археологии начала века!
Половину его слов Тампест пропускал мимо ушей:
…захоронение военачальника.. в дюнах Гельголанда… оказалось неразграбленным племенами свебов…
Господина офицера не заинтересовали позеленевшие фрески, вырезанные ленточными пилами вместе с целыми кусками стены, но зато весьма развеселили миниатюрные лакированные копьеносцы из раскрашенного дерева, вот уже какое тысячелетие державшие строй.
Смотритель вздохнул - и улыбнулся. Всё -таки он сумел угадать настроение посетителя.
Здесь что? - британец бесцеремонно пнул деревянный ящик, внутри которого звякнул глухо стукнул металл.
Это… - вздрогнувший, будто ударили его самого, смотритель, коснулся дужек очков, чтобы приотвести их ипоглядел на зякнувший замками ящик, - Это… Я не не знаю. Но маркировка, - он нагнулся, чтобы прочитать бирку, - Говорит, что этот предмет относится к этой же коллекции Бринкмана… Старая маркировка… Я, кажется, припоминаю… Предметом внутри заинтересовалось Анненербе… Что-то связанное с изготовлением жаростойких лопастей ракет… Мы так и не успели им отправить из-за бомбёжек…. А потом уже и не надо стало .
Открывайте уже! - нетерпеливый британский офицер грубо прервал музейного мужа, отведя от себя угрозу готовой вот-вот разразиться над его головой, как гроза посреди летней жары, внезапной публичной лекции.
А… Да, - он посмотрел на ящик, - Простите, господин…
Полковник.
Что?- смотритель поднял крысиную мордочку, заросшую за эти годы пышным белым мохом усов, - Что, простите?
Господин полковник.
От требования британца повеяло самым настоящим прусским духом. По спине смотрителя невольно пробежали мурашки - хотя, никто бы его уже не стал забирать на Русский Фронт.
А… Да. Господин полковник, я не могу.
С чего вдруг? - удивился тот.
Ящик заколочен, сэр…- развел руками смотритель и лицемерно поправился,- Господин полковник.
-Всего-то ? - ухмылка, два ряда ровных белых зубов между почти черных губ, - Вот же трагедия…
Звук ломающихся сухих досок в огромной, бронзовой от нездешнего загара ладони и визг выходящих из дерева десятисантиметровых гвоздей как-то очень логично продолжил их ученую беседу.
Внутри ящика, на подстилке из опилок, упакованный в многочисленные слои промасленной бумаги лежал какой-то продолговатый предмет, длиной не менее метра
Слои бумаги долго шуршали, как опадающие сухие листья.