Стрелять надо вот и всё. И не важно, что дружок его ещё жив.
Ему было просто страшно, дико страшно -несмотря на то, что тварь, проникшая на тюремный двор была уже ранена молодым в плечо и истекала кровью. Что у неё только одна рука -против его двух. Что эта смеющаяся, не то синяя, не то чёрная - от сумерек второй луны, - пляшущая на скользкой крови тварь вооружена каким-то диким, похожим на радугу, примитивным тесаком - а у него огнестрельное оружие. Хороший, мощный автомат из отличной рурской стали. Ему было плевать. Всё равно было было страшно и он хотел застрелить этот страх. К несчастью, сколько бы его оружие не выплюнуло пустых как ореховая скорлупа гильз, пожирая полными горстями тупые короткие патроны - всё было зря. Крупные,весившие как большой палец взрослого мужчины,, автоматные пули, вязли в висевшем на лезвии теле нойенгаммца .
Оттолкнувшись от брусчатки, подхлёстнутый выстрелами будто бегун,бросающийся от белой линии вперёд, Тампест буквально отправил в полёт труп - прямо на последнего стрелка. Ствол автомата рефлекторно дёрнулся, спеша догнать очередью летящее тело - а потом зацвенькал по брусчатке, будто пустая жестянка.
Лезвие, несмотря на две тысячи лет в гельголандских дюнах, было таким острым, что охранник даже не успел почувствовать - и просто смотрел на культю тупым взглядом, любуясь гладкостью, блестящего как масло среза разрубленных одним ударом лучевой и локтевой костей. Он всё ещё смотрел как вытянутый костяной треугольник и овал заливаются синим и красным - когда полковник разрубил его череп.
Счастливчик!
Он умер, даже не думая своём страхе
Глава XXXIX
Киндигглер Райстерршаффт, восьмой потомок Эрлионары Риафгент-Йонеззы и Дейктириана Райстарршаффта, и т.д. и т.п., оглядел город с высоты монумента. Это были лишь жалкие окраины, но по ту сторону, в небоскрёбах, находились лишь жалкие твари, не имеющие права называться людьми, не имеющими права жить, да и в целом не имеющих прав. Но растворить их в первичном бульоне, или как минимум в огне термоядерных реакций, просто так не удалось бы. Киндигглер это понимал, даже когда в поисках ответа на данный вопрос выковыривал остатки вагин из малолетних проституток. Де-юре это были начинающие модели детской моды, которым для продолжения счастливой и насыщенной, полной приятностей и оптимизма жизни, требовалось всего ничего - просто раздвинуть ноги. Но де-факто мистер Райстерршаффт не желал вдаваться в подробности. Причина и следствие. Альфа и омега. Куча человекоподобных червей и первичный бульон. Остальное - переходящее.
Сырость витала в воздухе. Ветер слово коснулся щеки Киндигглера. Ощущение неизбежности нарастало. Параллельно ему нарастало ощущение утраченного в детстве щенячьего восторга. Словно заканчивалась сказка, и наступала ночь прошлому и рассвет новому. Оставалось лишь передать в прошлое информацию. Какую, Киндигглер пока не знал, надеясь на собственные навыки импровизации. Сначала требовалось выйти на связь с правительством Райстерршаффт сквозь сверхнизкие радиочастоты, предварительно расширив искусственно вызванную аномалию в интерполяризованных атомах в размере 1*10-97 м. Это был единственный проект, который Киндигглеру потребовалось засекретить, закрыть и выкрасть из архивов, - почти в тот же самый день, когда его слуха коснулась информация о роде успешно проведённых испытаний. Пришлось даже сбить транспортник, на борту которого тайно провозились копии всех архивов. К счастью, имеющийся с 22 лет высший уровень секретности позволял удалённо активировать заряды на любом КЛА. Когда это случилось, Киндигглер был вне себя от радости, - в этом событии оказались увязаны все, кроме него.
Вызов радиотемпоральной аномалии размерами уступающими комариной простате не вызывал особых трудностей. Куда труднее была связь на сверхнизких частотах. Мистеру Райстерршаффту требовалось одиночество и удобство, а не куча оборудования и людей. Людей удалось сократить до нуля, но вот оборудование - лишь в несколько раз. Девять портативных радиопередатчиков, которые пришлось вручную настраивать весь вечер. К счастью, инструкция от Митта оказалась весьма кстати. Оставалось лишь не навернуться с монумента.
Собственно, открытие аномалии было делом абсолютно незаметным и не имеющим каких-либо последствий. В голове Киндигглера мягко всплыла подчерпнутая из архивов информация о том, что радиотемпоральные феномены данного уровня за последние 50 лет всплывали свыше двух сотен раз, но значения им не придавали. Потому что информации в мире было достаточно много, слишком много, чтобы обращать внимание на радиоперехваты из прошлого. В такое не поверишь, а проверить в радиочастотной каше нынешних времён такое абсолютно нереально.