Гришем поднял на него взгляд.
Ты думаешь - я забоюсь тебя !? Что я такой же трус как и он? - истерически закричал, почти завизжал Гершаль, указав на Крофта. Вздохнул, налил стакан воды и залпом выпил. И глядя в такие же безучастные как у древней амфибии глаза Гришема, - Да, такой же! Но я нужен ему, он велел доставить на корабль… Я всё… Ничего ты мне не посмеешь сделать! А если … То какая разница - где меня разрежут!
Полицейским захватом, не вмешивавшийся дотоле, Крофт, завел его руку за пояс и свинтил его пополам, буквально вдавив старика в столешницу. Вывалившийся из руки толстостенный стакан упал и со стуком покатился по полу.
Ну, хватит, еврей, - сказал сержант, - На сегодня ты выговорился. Потом мне можешь всё рассказать. Люблю я , знаешь, про Маркса, Мао и прочую философию поговорить. Поднаторел - во время полицейской службы…
Из глаз старика полились прозрачные слёзы, состоящие почти полностью из воды.
Пусти его, - не глядя на них произнёс Гришем.
Крофт поколебался,но отпустил Гершаля. Тот, тихий, не верящий в то,что тяжёлые руки немца исчезли, он начал разминать помятую полицейским сержантом руку -не смея подняться и не веря в то, что ему это позволено.
Неожиданно, хлопнула кипа очередная бумаг страниц. Гершаль поднял взгляд. Помощник полковника глядел прямо на хирурга.
А что бы ты сделал, еврей, - спросил, он врача, - Чтобы ты сделал, обладая его властью, властью английского полковника?
Я бы повесил Тампеста! - ни секунды не медля выкрикнул врач, как человек, падающий с крыши,в темную пропасть ночного города. И тяжело задышал, выталкивая из себя воздух тяжелыми, мокрыми комками.
Его трясло. Тяжёлый Континент. Эти слова, которые кто-то произносил в его голове,раз за разом, тихим, похожим на шипение огнемёта, голосом, выжигали его обычную осторожность.
Му- это жаркий, сухой ад, где человек, вне узкой береговой полосы, может выжить только в костюме химзащиты.
И этому английскому демону… Всем англичанам - там самое место.
В самой его сердцевине!
Но как, каким образом, так получилось, что … Он-то тут не при чём!
Гершаль выкрикнул эти слова, отыща отчаянную храбрость на дне своей жиденькой как ледяная весенняя водица, души, рассчитывая поразить и шокировать тампестовского адъютанта.
Сейчас,в его руке снова появиться этот кинжал, “Р-03” -и он не успеет даже вздохнуть. Но лучше так. Быстрая и легкая казнь -вместо уготовленных ему на Му мучений…. Он глубоко вздохнул, и задержал воздух, желая выдохнуть его уже оказавшись в холоде темной и пыльной равнины Шеола…
Но ничего не происходило. Гришем заинтересованно разглядывал хирурга.
Врач, словно бы посмотрел этим взглядом на себя самого - со стороны. Вся его храбрость выглядела наигранной бравадой. Он был смешон - как плохой актёр в роли шекспировского героя.
Лёгкие заболели от натуги и он, буквально, вытолкнул из себя давивший на грудь изнутри свинцовый шар.
Адъютант,в ответ на его страшные и дерзкие слова, только кивнул, будто услышал нечто ожидаемое и снова принялся за свой журнал. Минуты две он лениво перелистывал страницы,
- Повесил на городской площади! В две минуты! Без суда! На леске! -попробовал Гершаль ещё раз.
А вот полковник, - лениво произнёс тот, когда бывший военврач выдохся, - Полковник тебя не повесил. Даже после того, как ты тут болтал о его убийстве. Из чего следует, что господин полковник, - он оторвался от заполнения своей непонятной конторской книги и посмотрел на Гершаля поверх страниц, строго, как недовольный ответом ученика преподаватель, - Добр. А в тебе только злоба и зависть. Но бодливой корове, как говорили у меня дома, Боженька рогов не даёт. И потому ты слаб. Нету ни силы, ни власти. И никогда не будет. Я ответил на твой вопрос? Но тебе повезло - они есть у полковника. Он - единственный твой заступник на Тяжёлом Континенте и потому, теперь ты будешь молиться на него, как вы евреи, это любите, по нескольку раз в день…. Даже в субботу. Сейчас напишешь, - он вытащил из стопки несколько девственно чистых листов и протянул их замершему Гершалю, - Письмо своей старухе, чтоб не померла от разрыва сердца и не бегала по пустякам в полицей-президиум… И заявление на переход в континентальный отдел Агентства - мы играем по правилам, чтобы ты о нас не думал, еврей. И сообщишь мне какой у тебя размер.