– Благодарю... – прохрипел Тео, пытаясь сфокусироваться.
От силуэта шёл пар. От одежды, от мокрых волос, свисающих верёвками. Одна рука незнакомца поглаживала то ворот, то рукав плаща, как будто пыталась успокоить загнанного зверя.
– Домой, – выдавил из себя Тео и отключился, вверяя себя рукам незнакомца.
Шварц наклонился к спасенному. Пальцы пробежали по шее, отгибая мокрый, сбитый бинт. На секунду остановились на полосе розовой кожи. Шварц искривил рот в асимметричной усмешке, проникая под ворот куртки. Оттуда он вытащил шнурок с ключом, стянул его с Тео через голову и повесил себе на шею.
Он ушёл прочь от озера, ступая след в след по цепочке, которая привела сюда Тео. За спиной Шварца усиливался снегопад.
Плащ давил ему на плечи мертвым грузом. Можно было сбросить его, оставить и побежать налегке. Пусть бы плащ застыл багровой коркой. Шварц вместо этого замотался в него плотней. Было тяжело и тепло – пропитанная кровью ткань грела его, не так, как греет огонь или солнце, но особым, болезненным теплом, сохраняющемся среди гниения. Ткань льнула к нему. Шварц был не против. Он тоже любил выживать любой ценой.
– Как тебя зовут? – спросил он на ходу, чтобы не молчать.
Смесь множества отбросов, сросшаяся с его одеждой, зашевелилась, отдавливая Шварцу плечи.
– Ага. Так ИМ и представимся.
Глава XVII
Гостиница - Номера
Она ничего не замечала.
- А ты самый настоящий полковник?
-Полковник! И даже генерал!
- И ты воевал?
- Ещё как! - виски ударило изнутри черепа как молот, - Да что генерал - я бог!
- Бог! - ахнула она, хихикнув, прижав ладонь с наманюкиренными пальчиками ко рту.
- ДА! - крикнул я, - Меня нельзя. Убить!
Но у ячменного янтаря, похоже, получалось. Я вновь рухнул на хрустящие от крахмала гостиничные простыни, ласкаемый страстными руками
- Понимаешь или нет?- шептал я ей на ухо,- Понимаешь?!
-Да, - выдыхала она духи в моё ухо.
- Почему я бог? Потому что я владею страхом. Я разрешаю врагу бояться меня. А если бежит мой солдат... Знаешь что я делаю?
- Что ты делаешь, мой генерал?!
Моя правая рука, наконец, нашарила под кроватью то,что нужно. То,без чего я уже жил так долго.
Что мне нравилось в этой шлюхе… Что нам всегда нравится в шлюхах? За что мы платим любым шлюхам? За их умение врать. Она так страстно шептала, вторила мне…. Но эта девка-ночь даже виду не подала, что видит пустой рукав, а под ним - отсутствующую по локоть руку и грубую штопку культи из которой выглядывала сохранившая подвижность,обломанная косточка...
-Уох! - в притворном ужасе вскрикнула она, когда из-под простыней появилась деревянная кобура, а из неё- огромная рукоять «тампера» .
На колени.
Она, в одной нижней рубахе, едва сдерживающей её груди, рухнула на даже не спросила- настоящий ли он. Не клеился вопрос о ненастоящести к массивной скошенной пистолетной рукояти и потёртому ребристому цилиндру казённой части. Она зачарованно глядела на блестящий как ртуть полуфутовый стальной кожух - частично принимавшему на себя ярость пороховых газов, вырывавшихся из похожего на осиного гнездо дополнительно наставленного полуфута ствола.
Возможно, хотела что-то спросить или сказать, но не успела - когда я смог сдвинуть замок и «тампер» в у меня левой руке просто сломался.
Я швырнул ей раскрытый пистолет.
Это было даже забавно.
Золотое донце двухфунтового артиллерийского патрона, выдернутого из-под обшлага, -обычно у меня их с собой по десять, но сейчас я смог достать только два - сверкнуло в свете люстры и и мягко шлепнулось у её затянутых в шёлк коленок.
А она ждала, что я её буду раздевать?
Девочка, ты, в самом деле, мягкая и в тебе много жира…
Я потрепал её по пухлым мокрым щекам и показал, что и как надо делать.
Должно быть, огнестрельное оружие было её призванием. Во всяком случае, эта золотоволосая кукла была понятливой. Гильза исчезла в граненой серости патронника.
Девочка никогда не видела настоящего оружия, она была восхищена и испугана…
Наверное, она даже не понимала, насколько всё серьёзно. К этой громадине у меня было всего два патрона. Европа -это тебе не Тяжёлый Континент. Тут оружие достать не так просто.