человек в белом халате, почёсывая свою покорёженную сединой бородку. Джеймс моргнул. - Это я, - ответил Издачелли. - Мистер Издачалли, - человек в белом халате подвинул лежащий у окна стул поближе к койке. - Не возвращаете, если я буду называть вас просто Джеймсом? - Как пожелаете, - ответил Джеймс и вновь уставился на утреннее солнышко, приветствующее его и добрую половину Боллитры. Человек в белом халате сел напротив него, посмотрел куда-то в стену в задумчивости и глубоко вздохнул. - Вот что, мистер Джеймс, - седобородковый вновь замешкался, подбирая слова. - А-а, чёрт с ним. Давайте так. Вы знаете, где вы? Помните ли что-нибудь о себе? О мире? - У меня нет амнезии, - усмехнулся Джеймс. - Я не терял память. Скажите лучше, кто вы такой? - Дулбич Каллонгжор, - представился человек в белом халате. - Директор бюро региональной безопасности. - Директор БРБ? - переспросил Джеймс, глядя на Дулбича. - В таком случае, вам известно, кто я такой? Беспристрастное лицо директора БРБ исказила ухмылка. Ровно на секунду, когда он ещё вдобавок снова глянул на стену. Он что-то вспомнил? Что-то смешное? Что-то... забавное? Что-то забавное о нём? - Вы, - начальник БРБ тыкнул двумя пальцами, напоминающими ножницы, в лицо Джеймса. - Действующий следователь Комитета. Персона Особой Важности. В вашем удостоверении всё это указано. Я получил подтверждение проверки вашей лицензии, пока вы приходили в себя. Не стал уж вас дёргать раньше времени. - Раньше времени, - язвительно повторил Джеймс. - Как долго я здесь? - Пятый день, - ответил Дулбич, повернувшись к холодному утреннему пейзажу в окне. - За прошедшие четыре дня мы разыскивали ваше удостоверение, вашу одежду, ваши ампулы. - Дулбич подмигнул Джеймсу. - Даже личную фотографию. - Фотографию? - машинально спросил Джеймс, начиная волноваться. - Которую вы носили в зашитом внутреннем кармане пиджака, - продолжал Дулбич. - Один из... людей, нашедших ваше тело на побережье, забрал её и использовал для онанизма. - Блять, - предельно жёстко и глухо произнёс Джеймс. Его сердце упало, мир замер, голова налилась свинцом, а глаза остекленели. Кто-то кончал, глядя на... Неё. Или прямо на неё... А может, на неё саму сейчас спускают... О боже... - Не волнуйтесь, - понимающе сказал Дулбич. - Сама фотография не пострадала. Ну, может отпечатки грязных потных пальчиков злоумышленника остались, - он снова подмигнул. - Если хотите, мы тщательно почистим ваше фото и сделаем несколько копий. - Будьте так любезны, - ответил Джеймс, постепенно приходя в себя. - Ваше удостоверение продали в ломбард, - продолжал Дулбич, вновь сверля взглядом стену за головой Джеймса. - Ведь у вас никаких денег не нашли. Владелец ломбарда сразу сообщил нам, что ему продали, и кто это был. Вас раздели догола, а вашу одежду выкинули в мусорный бак на другом конце Тирра из соображений безопасности. Розыском вашей одежды занимался мой личный спецотряд. Все элементы прошли химчистку и уже ждут вас внизу. - Спасибо, - поблагодарил его Джеймс, не в силах добавить что-либо ещё. Например, спросить, откуда такая неожиданная забота об упавшем с неба следователе. - Не за что, - небрежно ответил Дулбич. - Считайте это служебной солидарностью. Хотя признаюсь честно, в нашем городке крайне редко происходит что-то выше мелких бытовых краж. Жизнь тут тянется медленно, так что парой быстрых и стремительных движений можно разобраться практически в чём угодно. - Практически? - переспросил Джеймс. Он не знал, почему его заинтересовал именно этот незначительный аспект. Какая-то толика детективной интуиции, без всяких объяснений создавшая вопрос на пустом месте. - Другое дело ваши "ампулки", - Дулбич вновь подмигнул и на мгновение ухмыльнулся. - Их быстро отправили на поезде до Изибурга, так что пришлось потянуть за парочку ниточек. Да так сильно, что я не скоро смогу потянуть за них вновь, - порвутся ведь. Так что они тоже ждут вас внизу, вместе с одеждой и удостоверением. И парашютом, кстати. - Спасибо большое, но... - Джеймс посмотрел в окно, подыскивая слова. Подходящих слов в окне не было. - Давайте начистоту, - сказал Дулбич и сделал паузу. - Я не буду задавать вопросы по поводу фотографий, ампул, произошедшего с вами... несчастного случая. Лично я поражён, что вы протянули целых два часа голышом на ночном морозе у берега. По всему отделу теперь ходят про нудистский пляж. Вам хотели кое-что ампутировать, но я не позволил. Воспользовались лучшей аппаратурой и боевыми коктейлями внутривенного действия, из запасов БРБ. - Не похоже на простую солидарность, - подвёл итоги Джеймс. - И правда, не похоже, - согласился Дулбич. - Я знаю слухи, которые ходят про вас, мистер Издачелли. Мне сообщили, что вы тут по поводу яхты "Альбатрос", в происках предполагаемого убийцы её владельца. И не смотря на тихую медленную жизнь нашего заснеженного региона, здесь есть чем заняться. Несколько весьма серьёзных дел, которые оказались в заморозке. Иронично, я знаю. А три дня назад, пока вы тут лежали, в нескольких километрах от города разбился грузовой поезд. Я вас ни к чему не обязываю, но в случае помощи БРБ за мной не заржавеет. - Да ну? - язвительно удивился Джеймс. - Я знаю, кого на самом деле ищет ваше сердце, мистер Джеймс, - улыбка Дулбича вновь возникла и уже не слезала. Он смотрел прямо Джеймсу в глаза. - Я не глупый человек. И если вы мне поможете со всем разобраться, я составлю полный отчёт и личную рекомендацию для вас в Рекрефальц, в местное отделение БНБ. Вам больше не придётся работать сыщиком Комитета, и вы вновь сможете увидеть её...