-- Не знаю, Дэниэл. Говорят, что он и в самом деле патриот, и в силу этого будет отказываться продать свою страну и ради выгоды, и под угрозами. Такие люди среди индейцев изредка встречаются, и вылечить их можно только выстрелом в голову.
-- Не отрицаю, может и так. Ну тогда надо продвинуть более лояльного наследника. После того как эти щенки выбыли из гонки, место расчищено, и возможны варианты.
-- А точно выбыли?
-- Говорят, что у них съехала крыша. Тут, конечно, деспотия, но даже инки не настолько сумасшедшие, чтобы выбирать на престол полоумных. Есть, правда, одна проблема -- говорят, супруга Первого Инки, которую подозревали в бесплодии, беременна. Если родится мальчик... Впрочем, и тут дело в принципе можно поправить. Тем более что мы едем в Куско, старикашка-наместник не желает оставлять нас в Тумбесе! Впрочем, столица как раз удобнее для наших дел...
-- Ладно, Дэниэл, завязываем. Чувствую, что мы перепили виски, раз так даём волю языкам.
-- Нашего языка они не понимают!
-- Кто их знает... -- сказал Френсис, опасливо оглядываясь, -- деспотия всё-таки не море. Море может утопить, но не может вздёрнуть. А деспотия может сделать и то, и то. Ладно, я лучше лягу вздремну.
И с этими словами он встал и вышел.
Этим же вечером в неверном свете свечи в спальне наместника сидели трое -- сам Старый Ягуар, Асеро и Золотой Слиток. Старый Ягуар говорил:
-- Послушай, Асеро, пока не поздно, пошли этих англичан куда подальше. Я же их хитрые рожи насквозь вижу -- замышляют какую-то пакость.
-- Послушай, Старый Ягуар, я и рад бы, но связан решением, которые приняли Носящие Льяуту. Если я не выполню его, могу даже льяуту лишиться. Ведь даже Горный Ветер вынужден согласиться на то, что по крайней мере некоторое время их придётся терпеть. Натиск двух держав сразу мы можем не выдержать.
-- Никогда трусость не приводила ни к чему хорошему, -- мрачно сказал Старый Ягуар, -- это чушь, что на войне трусы выживают лучше других. Трусы как раз и гибнут.
-- Дело не в трусости, -- печально ответил Асеро, -- Это было слишком просто. Дело в том, что очень значительная часть населения против изоляции. Чиморские торговцы хотя торговать, а не на аквафермах работать.
Старик добавил:
-- Асеро, поверь, эти люди могут тебя убить. А ты как Манко, который не верил Кискису насчёт своих дружков-испанцев, пока не убедился на своей шкуре напрямую и едва не поплатился за это собственной жизнью.
-- Нет, я понимаю это. Я не вижу в них своих друзей и братьев, как видел Манко в тех негодяях-испанцах. Понимаю, что у них тут моральных барьеров нет... Когда ел с ними, внимательно следил на тему перстней с ядовитым секретом на руках, и прочих хитростей. Из них, пожалуй, Бертран самый приличный, да и то для него, скорее всего, "убить тирана" доблесть, а не преступление. Я надеюсь тут скорее на их благоразумную осторожность, практичное нежелание рисковать собой... фанатиками они не выглядят, а всем остальным умирать не хочется. Но вот убрать меня без риска для своих персон они бы скорее согласились.
-- Не понимаю отчего такая паника, -- вмешался Золотой Слиток, -- если купцам выгоднее торговать, чем воевать, значит, они будут торговать. По крайней мере они заинтересованы в нашем хлопке. Так что соглашения надо подписывать. Будем торговать -- не будет войны.
-- А зачем им хлопок? Не для пороха ли? -- спросил Старый Ягуар с ехидцей.
-- Ну почему именно для пороха? -- спросил Золотой Слиток, -- они тоже могут сделать мануфактуры, чтобы производить ткани...
-- А кому сбывать, если собственное население нищее? Не верю я этим пройдохам. Торговля лишь предлог. Сначала приходит миссионер, потом купец, за ним солдат. От миссионеров мы в своё время отделались, а теперь купцы... от них тоже отделаться надо. Или ты, Золотой Слиток, снимешь за это с Асеро льяуту?
-- Ты думаешь, дело лично в нас? -- спросил Золотой Слиток, -- тогда скажи, почему в твоём Чиморе столь многие за торговлю? Почему даже твой заместитель склоняется скорее к тому, чтобы это соглашение подписать? Да потому что есть чем торговать, не только порохом! Тот же жемчуг надо куда-то сбывать.
Асеро не мог отметить, что насчёт жемчуга Золотой Слиток пожалуй прав. Разведение жемчуга, поначалу рассчитанное на торговлю с Испанией, теперь привело к его перепроизводству. Если раньше горожанки ходили почти без украшений, то теперь каждая девушка носила ожерелье из жемчуга, порой и не одно. Часть его, конечно, шла в глубь страны. Просто взять и закрыть фермы казалось тоже нецелесообразным, ибо мясо жемчужниц ели и люди, и скот, створки раковин шли на изделия из перламутра...(недавно вошло в моду бельё с пуговицами). В общем, торговля решала этот локальный вопрос.
Золотой Слиток добавил:
-- Тем более, что разорвать контракт можно в любой момент, мы это учли и проверили.
-- А я тебе отвечу, что торговать хотят потому, что слишком много в стране дураков! -- ответил Старый Ягуар, -- и балованных неженок. Вот мне 14 было, когда я был вынужден жениться. И взял на себя ответственность и за жену, и за ребёнка. Некоторые тут хихикаю многозначительно. Только я жены долго не касался, пока она малыша кормила, я боялся, вдруг она забеременеет и молоко испортится,а то и вовсе пропадёт? Так что коснулся я жены много, много позже, когда уже война кончилась, и мы обрели хоть какое-никакое жильё, а малыш подрос. А мои внуки и правнуки что? Привыкли ко всему готовенькому. И боятся таких трудностей, которые мы, их деды, и не заметили бы.
-- Ну если начнётся война, любой замечает, -- сказал Золотой Слиток, -- и ведь Небесный Свод тоже твоего поколения, а пишет, чтобы договор подписывали.
Асеро добавил:
-- Допустим, я заупрямлюсь, и не подпишу. Такое самоуправство мне не простят. Меня попытаются лишить льяуту. И чем бы ни закончилась попытка, о ней узнают и в Англии, и в Испании. И тогда, поняв, что моя власть непрочна, на нас нападут. Нет, я не могу так рисковать. Придётся мне это несчастное соглашение подписать, -- вздохнул он.
Старый Ягуар посмотрел на него с тоской. "И ты, Брут" -- как будто читалось в его глазах.
-- Пойми, я тут человек подневольный.
-- Понимаю. Но и ты понимай, что за этим стоит. Ты боишься, что в случае войны народ не будет так же воевать, как воевал при Манко. Так?
-- Пусть так. Но ведь и Манко тоже не хотел войны и всеми силами старался её избежать. И тебе ли не знать о тех бедах, которые война принесла на нашу землю.
-- Я знаю. Но знаю и другое. Знаю, что слишком многим хочется приобщиться к цивилизации. Не в том смысле, что хочется лучших произведений культуры. Я нисколько не осуждаю того же Горного Ветра за то, что тот на досуге переводит их знаменитого драматурга Потрясающего Копьём. Но ведь многим нужно не это! Хотя они в этом прямо и не признаются, но тянет их на ту цивилизацию, где деньги, паевые компании, и высасывание соков из тех, кто попал в эти паучьи сети. Асеро, ты ведь видел бывших рабов? Понимаешь ведь, что продажа жемчуга будет оплачена и жизнями таких же несчастных как они?
-- Но ведь белые люди согласились опубликовать у себя мою речь против рабства. Без этого я бы не согласился.
-- А ты уверен, что они не обманут тебя? Как ты их проверишь?
-- Обман рано или поздно раскроется. А мы будем рвать отношения при первом же обмане.
-- А сейчас как будто обмана нет!
-- Прямого нет. Послы показали грамоты, заверенные Британской Короной, тут не придерёшься.
Старый Ягуар только грустно покачал головой:
-- Понимаю я тебя, Асеро. Вот я нередко со своим помощником спорю, а у тебя таких как мой помощник сильно больше одного. Нелегко тебе их перебороть. А теперь и Инти слёг. Передай ему пожелание скорейшего выздоровления. Да вот только коготок увяз - всей птичке пропасть. Помни это!
-- Как любит говорит Инти: делай что должно и будь что будет. Конечно, я передам Инти твои пожелания и надеюсь, что наши опасения окажутся напрасными.