– Вы что – то не договариваете…
– Я… я должен поговорить очень серьёзно с тобой и кое – что объяснить тебе…
София обняла Чесли, как своего родного отца:
– Хорошо, профессор. Я слушаю Вас.
Чесли Мур осторожно освободился из объятий Софии и жестом руки пригласил её присесть в кресло, сам же он уселся недалеко от неё на край стола и тщательно стал потирать друг о друга ладони, что совершенно было не естественно для него. София про себя отметила заметное волнение своего учителя, который, видимо, не знал с чего же начать важную беседу.
– У каждого из нас есть своё предназначение в жизни, София, – очень тихо сказал профессор, глядя в глаза девушки. – Мы все рождены для чего то, просто так ничего не бывает. Кто – то желает в своей жизни найти своё назначение, а кто – то даже не задумывается над этим и просто живёт, не осознавая ни себя, ни окружающий Мир таким, какой он есть на самом деле. Один умирает, достигнув определённую цель, и переходит на следующий уровень совершенства, а другой возвращается на дополнительный круг и в следующей жизни начинает всё сначала. Да, желание искать и находить свою дверь – удел избранных, но и среди них есть те, кто так и не дойдёт до конца пути, остановившись перед самым поворотом, и никогда не узнав то, что останется навечно ждать его там.
София, как заколдованная, внимательно слушала и представляла всё то, что говорил ей Мур.
– Там за поворотом каждый человек может найти только лишь одно – найти самого себя без своих тревог и волнений, проблем и сомнений, желаний и размышлений. Всё это существует либо в теле, либо в уме. Там же территория Душ. И поверь мне, что это самая величайшая находка для каждого – увидеть самого себя вне тысяч и одной игры. Встретить настоящего себя – это чудо, равного которому нет из всех земных чудес и сокровищ. Я подскажу, как тебе найти свою дверь туда, где ты есть.
София молчала. Она смотрела прямо на профессора, но уже не видела его и он это знал. Он ведал то, что сейчас наблюдала София. Перед ней, словно во сне, уже был Кризхин, который наклоняясь поближе к девушке, продолжал:
– Вот эта странная татуировка на твоей ладони, ты помнишь, откуда она?
– Это … Нет, не помню…
– А ты прочитай её, – предложил Кризхин, начиная околдовывать Софию.
– Тансу… Это имя…
– Хорошо. Чьё имя?
– Моё…
– Правильно, твоё, Тансу.
– Но как же? – задумчиво произнесла она.
– А это не важно…
– Может и не важно…
– Ты слышишь своё дыхание?
– Слышу…
– Значит, ты и себя слышишь?
– Слышу…
– Какая ты, Тансу?
– Необыкновенная… и весёлая…
– Почему?
– Потому что мне легко.
– Ты видишь кого – нибудь ещё?
– Да.
– Кого же?
– Брата своего вижу. Он собирается уйти от меня. Он говорит мне, что он навсегда уйдёт, так как нужно именно так.
– Кому нужно?
– Говорит, что всем людям так нужно, иначе все погибнут из – за него и меня…
– И что ещё, Тансу?
– Брат говорит ещё, что я должна следовать за всеми людьми под землю … И ещё говорит о каком – то человеке…
– Каком человеке?
– Мужчине…
– Хорошо. А кто он? Как выглядит? Ты видишь его?
– Вижу… Он не такой как все другие…
– А какой?
– Особенный…
– Ты запомнишь его, Тансу?
– Конечно, запомню.
– Вот и хорошо. Что там ещё?
– Брат уже уходит…Он прощается со мной… Я сейчас заплачу…
– Плач, если хочешь.
– Да, извините… Это же Люк… Мы больше никогда не увидимся?
– Вы ещё увидитесь, Тансу, я обещаю тебе, но не сейчас, отпусти его.
– Да, хорошо… Но это очень трудно… (пауза). Он ушёл… И что дальше?
– Ты сама знаешь, Тансу, что будешь делать дальше.
– Да, мне надо идти. У меня очень мало времени. Через тридцать шесть минут всё начнётся, а мне нужно успеть забрать родителей и бежать в подземку иначе ничего не получится.