Ну конечно же, Танечка с первого взгляда влюбилась в статного с честным лицом молодого с горящими глазами бригадира 4ой бригады, сначала насыпала ему побольше еды, никогда не отказывала в добавке, даже от безысходности сама иногда предлагала, но Тудытькин, казалось совсем ее не замечал, тогда она стала специально задерживаться, чтобы как бы «случайно» встретится с Тудытькиным после работы, но это оказалось довольно сложной затеей, потому-что мечты Тудытькина о славе Стаханова заставляли его часто оставаться сверхурочно. Танечка иногда даже пропускала занятия на кружке вышивания, за что едва не попала на доску позора своего кружка. Но и на ее улицу пришел праздник.
Однажды в столовой она подслушала, что на выходные Тудытькин собирается на выставку, где свои картины представлял художник областного союза художников, фотограф и поэт Рудольф Эдмундович Песик-Гарбинер, и решила на открытии выставки ждать там Тудытькина. И спустя два часа от начала Тудытькин все-таки пришел. Он прошел по залу и остановился у картины «Восход в деревне Чапаевка», долго и задумчиво смотрел на нее, морща лоб, а потом перешел любоваться натюрмортом «Заводская столовая». У Танечки подкашивались ноги, язык прирос, казалось, к небу, она долго собиралась силами, но увидев Тудытькина перед батальной картиной «Битва с Бобелем» все-таки решилась подойти.
-Ой, здравствуйте, вы тоже интересуетесь живописью, - выдавила она возле картины «Аглая Мухоедова», и добавила, - какая интересная экспозиция.
-Удивительная гамма цветов,- протянул Тудытькин, принявший уже изрядное количество настойки полыни,- рождает разнообразные ассоциации и необычные образы.
-Да, да, да, как интересно,- поспешила согласиться Танечка
Они неспешно перешли к картине «Туманное утро», туманной настолько, что чувствовался переход границы абстракционизма, и напиши Песик-Гарбинер это полотно лет так-этак пятнадцать назад, у него были огромные проблемы: скорее всего он был бы с позором изгнан из союза художников, и наверное им бы как антисоциалистическим элементом заинтересовалась бы КГБ, но времена поменялись и теперь на туманно-абстрактной картине была нарисована не яркая антисоветчина, а свежий и прогрессивный взгляд на обыденное явление.
Тудытькин долго рассматривал картину, и Танечка по его выражению лица читала, что полотно ему явно нравится, хотя сколько в него не всматривалась понять не могла ровным счетом ничего.
Так они посмотрели «Трамвай», «Барыня и Чуча» и натюрморт «Щи». Тудытькин ей что-то рассказывал, а Танечка смотрела на него и слушала в пол-уха, все равно смысл сказанного им ускользал раз за разом от ее понимания. И тут… он увидел картину «Стахановцы», и замер перед ней на веки…
На полотне люди вооруженные разнообразными орудиями труда занимались непонятно чем возле вагонетки с углем, а один повернув голову, смотрел казалось бы ему прямо в глаза. Танечка минут пятнадцать стояла рядом с ним боясь произнести хоть слово. Сначала для нее все было ясно: Этот с отбойным молотком, а тот толкает вагонетку, рядом человек добывает уголь киркой. Но потом задумалась почему они на поверхности, да и вагонетка уже переполнена…
- Да, вот оно,- прервал ее мысли Тудытькин,- вот как надо. Вот пример всем нам через года. Теперь я все понял. Кто они были – простые шахтеры, да и сам товарищ Стаханов тоже, но как зазвучали гордо, благодаря своему труду – СТАХАНОВЦЫ! Так и мы возьмем с них пример. Что такое четвертая бригада фабрики «Красный рабочий», кто такой Тудытькин? Много таких бригад и тудытькиных по стране, много. А прояви сознательность, и не за себя только, а за всю фабрику, да что там фабрику – за весь наш народ, да выиграй мы социалистическое соревнование, и зазвучали бы по-другому, и уже не четвертая бригада, потому-что таковых много, но гордо звались бы – Тудытькинцы! Да. Именно, Тудытькинцы!!! Как звучит! Тудытькинцы?!
- Да, звучит. - только и смогла сказать Танечка
- Вот видишь, Тудытькинцы! Это не какая-нибудь четвертая бригада! Теперь все понятно мы должны еще многое сделать, чтобы это был не пустой звук, а гордое имя! Тудытькинцы!
Все оставшееся время он рассказывал ей о своих планах, делился мечтами и надеждами, а Танечка сделала все, чтобы в ее лице он увидел настоящего товарища и друга. И Тудытькин увидел – настоящего товарища и друга. С этого дня они часто собирались у него дома пили чай за столом на котором Тудытькин спал. Кроме нее в гости также постоянно приходил другой соратник, и можно даже сказать ученик Тоха Агафонов. Обсуждали планы, выдумывали новаторства, разговаривали о будущем, о том как им стать Тудытькинцами. Тоха Афонова часто провожал Танечку домой, по дороге они все время говорили о Тудытькине, они оба восторгались им, и на этой почве поженились. Свадьбу сыграли в фабричной столовой. Жижкин посоветовал Агафонову написать стихи для невесты, но Агафонов стихи писать не умел, и попросил помощи у товарища Ававуева, тот с радостью согласился, чем поставил в неловкое положение самого Тоху когда в день свадьбы передал ему листочек со стихами: