ТУГАРИН И КРЫША_ДЕНЬ ОДИННАДЦАТЫЙ_12 фев 2015 в 21:24
Обожаю кафешки с большими окнами, выходящими на оживленную улицу. Обожаю, когда в кафе пусто - идеальны утренние часы, сразу после открытия. Ближе к обеду, как правило, народ активизируется, начинают набегать группами оголодавшие сотрудники ближайших офисов, магазинов, контор и конторок. Со своими обсуждениями, шуточками и прочей дребеденью, отвлекающей от созерцания улицы. Уж не знаю почему, но мне нравится наблюдать за жизнью за окном. Вот только что ты был одним из ее участников, точно так же кутал шею шарфом, наклонял голову, пытаясь укрыться от пронизывающего ветра, прятал руки в карманы. Но вот ты перешагнул порог кафе - и ты уже в другом мире. Тихо играет музыка, тепло и уютно. Идти в такое кафе нужно одному, чтобы никто не мешал заниматься тем, чем тебе хочется заниматься именно сейчас, не отвлекал пустой болтовней или важными разговорами. В это время я принадлежу только себе самому. В эту кафешку я зашел впервые - стало просто интересно, что скрывается под такой блестящей вывеской как "Жан Жак Руссо". С порога понял, что местечко подходящее, этакое парижское кафе: красно-зеленые тона, стеллажи с бутылками и фотографии, расставленные по специальным полочкам. Черно-белая плитка на полу, как всегда, навевает на меня сюрреалистическое настроение , почему-то вызывая ассоциации с картинами Дали. Вижу только один минус - если сесть на диванчик, будешь сидеть спиной к окну. Поэтому сажусь на , оказавшийся довольно удобным, венский стул и прошу принести кофе. Еще один плюс утренних часов - к кофе подают совершенно бесплатный круассан, а на столе постелена бумага и расставлены стаканчики с карандашами - оказывается, тут можно рисовать прямо на скатерти в ожидании заказа. Сам не замечаю, как в руке оказывается карандаш, а на столе - силуэт птицы, парящей среди облаков. Облака. Словно очнувшись, смотрю на нарисованные облака, и вспоминаю как весело они лепятся из зимнего тумана...Хочется закрыть глаза, и оказаться снова там, на крыше, с ней...Размешиваю ложечкой сахар в кофе, и закрываю глаза. Тут же становится удивительно тихо, музыка приглушается, словно колонки, из которых она льется, увозят на бесшумной тележке. Воздух вдруг становится свежим, словно после дождя летом - вот-вот услышишь радостное чириканье какой-то пичуги, отряхивающей перышки. Так неожиданно и живо все это представилось, что не хочется расставаться с этой картинкой. - И не надо, - не верю своим ушам и вздрагиваю, открывая глаза. Она сидит на диванчике напротив меня, смотрит на меня сквозь бокал с чем-то пузырящимся в вытянутой руке, и смеется. - Ты так и не слепил для меня сердечко в прошлый раз. Нахально налепил себе подушек, уснул на них, и храпел, между прочим, всю ночь как будто десять тысяч медведей собрались на моей крыше и впали в спячку все одновременно, - улыбается, - А я так надеялась, ждала...- подносит бокал к губам. -Здравствуй, Солнышко, - наконец успеваю вставить я,- Я как раз о тебе думал...Как ты здесь оказалась? -Вот если бы кто-то перестал так бесстыже пялиться на мои коленки с дурацкой улыбочкой и , вместо того, чтоб раздевать меня глазами, огляделся по сторонам, то он, возможно, заметил бы, что это не я где-то там оказалась а, совсем даже наоборот, - она ставит бокал на стол и взмахивает рукой, словно приглашая меня оглядеться. Действительно, от кафе остались только стол да стул с диваном, вокруг, насколько хватает глаз, раскинулось голубое небо, с розовой каемочкой у горизонта. - Я совершенный болван, Солнышко, прости...Но я так рад...Ты не представляешь себе как я рад,- беру ее за руку и на меня накатывает запах жасмина и чего-то свежего, знакомого но неуловимого.- Я знаю, - она улыбается, задумчиво глядя куда-то вдаль,- Солнышко...Мне нравится что ты меня так называешь. Вообще-то я сегодня зовусь на букву "Р",но пусть это будет Ра - египтяне так называли своего Бога Солнца. И птица, тобой нарисованная...Всё к одному - буду сегодня Ра - Солнышко. Она проводит рукой по моим волосам, и жасминовая волна вновь прокатывается между нами. Рука скользит по щеке, опускается ниже, вдруг замирает и вздрагивает, словно споткнувшись обо что-то на моей груди.- Что это там у тебя? - спрашивает она, не убирая руку. Лезу в карман, рука нащупывает что-то непонятное. Достаю из кармана ту самую куколку, что подобрал когда-то на улице Восстания. Я даже знаю как ее зовут, но не могу вспомнить. - Это же Леви Капрал! Это мой! Я думала, что его потеряла, - она берет куколку в руку, и вдруг превращается в девочку в шапочке со снежинками. Вернее не так. Передо мной сидит девочка внутри, ставшей вдруг прозрачной, Ра-Солнышка , сжимая в руке своего капрала. Они смотрят на меня обе одновременно - одна с интересом, вторая с ухмылочкой, и я чувствую себя дважды совершеннейшим болваном, потому что ни черта уже не понимаю. Видимо это написано у меня на лице, потому что обе вдруг начинают смеяться, потом обе говорят одновременно, но голос я слышу один, всё тот же, - Ну ладно, посмеялись и будет, - девочка достает откуда-то сумку, куда прячет своего любимого капрала, и тут же исчезает. Ра-Солнышко тут же становится ослепительно реальной. - Вот это сейчас что было, Солнышко? - нахожу в себе силы на вопрос. Чувствую, что сейчас снова будет смех , и не ошибаюсь - она хохочет , откинувшись на спинку дивана так заливисто и задорно, что я снова начинаю , сначала улыбаться, а потом и хохотать во весь голос, сам не зная почему. - Видел бы ты себя в тот момент, - она не может удержаться, и мы снова начинаем смеяться как дети, которым дали сладкую вату, но не предупредили, что бывает если слишком активно взяться за ее поедание, - Ну правда, ты такой смешной был, -и новый взрыв детского хохота захватывает нас, - Ну ты скажи, ты сам никогда не задумывался о том, что здесь с нами происходит? Я говорила тебе, что ты мой Создатель. Ведь говорила? Не отпирайся, - глаза смеются, а лицо строгое-престрогое,- У нас снова завелась воспетка детского сада, - думается мне. -Да я и не думаю отпираться. Признаю - говорила. Только я как-то не успеваю задумываться. Всё, знаете ли, дела какие-то: то звезды баюкаем, то облака лепим...Поговорить-то толком все некогда...Да глаза твои, Солнышко, знаешь, я когда их вижу, мне уже думать некогда...- И нечем, - смеется она, - Иначе тебе бы уже давно пришло в голову : если ты - мой Создатель, то кто тогда твой? Или ты настолько воображала, что думаешь будто тебя и создавать не надо было? - грозно хмурит бровки, того и гляди начнет стучать кулачком и топать ножками - богиня ж все же. - И кто же, свет мой, Солнышко, скажи? Уж не хочешь ли ты мне сказать, что меня создала вот эта пигалица, которая спряталась сейчас куда-то со своим капралом пластмассовым? Я, конечно, всё могу понять, но... - Да ничего ты не понимаешь! - что-то мне подсказывает, что про пигалицу я зря взболтнул - богиня недовольна и гневается. А кто их знает, этих богинь, чего они учудят, когда в гневе - могут и молнией, небось, шарахнуть. - И могу! Сам меня такой создал, между прочим! И ,вот, сейчас как шарахну - чтоб знал как обзываться! - в гневе богиня еще прекрасней, чем обычно. В глазах полыхает божественный огонь, кулачки сжаты. -Нет, определенно их иногда нужно немножко позлить, этих богинь, они так очаровательны в своем гневе, - приходит в голову неожиданно. - Всё! Допрыгался! - она вскакивает и воздевает руки к небу, а я уже жду как с этих пальчиков начнет изливаться на меня гнев в виде молний или огненных шаров.- Сдаюсь! - кричу я и падаю на колени. Смешно ужасно, но богиням нужно преклоняться - это я откуда-то помню. - То-то же! Еще ты должен признать себя ослом и трижды поцеловать подол моего божественного платья. И тогда, возможно, я рассмотрю возможность твоего помилования. - Признаю себя трижды ослом, и требую утроить количество поцелуев подола, ибо, стараниями моими, а модельер из меня получился бы шикарный - я это чувствую...Так вот, стараниями моими подол Вашего платья, о Ра- Божественная, так притягателен, такой, не побоюсь этого слова, манящий... -Ну хватит болтать! Испепелю ведь. Ближе к делу. Вот угораздило же меня создать себе такого болтливого Создателя.- не может удержать смешок, хихикает, прикрывшись ладошкой. Я на коленях ползу к божественным ногам, целую каждый пальчик, поднимаюсь выше, всё глубже погружаясь в запах жасмина, и обещая себе непременно серьёзно обдумать всё сказанное сегодня...Серьезно...Непременно...Обязательно...Только не сейчас... Потом...Некогда мне сейчас...думать...