Когда я села, голова заболела сильнее. Но надо сосредоточиться. Он спросил про одежду и собаку.
— Вы меня с Анной перепутали! — выпалила я, стараясь говорить быстрее, чтобы скрыть дрожь в голосе. — Я была у неё. Она дала мне плащ.
— Да черт, как такое могло произойти?! — с раздражением прорычал он. — А что за мужчина с тобой разговаривал?
— Мужчина? — растерялась я. В голове всё ещё царил туман. — Ах, это… брат Анны.
Он напрягся, явно пытаясь сложить кусочки паззла.
— У него есть машина? — спросил похититель.
— Конечно, есть, — ответила я не раздумывая.
— Он приехал на ней?
— Нет… Мы приехали на такси, — медленно проговорила я, восстанавливая в голове хронологию событий.
Он уставился на меня и замолчал.
— Это твой парень?
— Да… Даже жених.
— А почему он бросил тебя одну под дождём? Поругались? — ухмыльнулся он.
— Долгая история, — ответила я коротко, надеясь, что он не станет развивать тему.
— Надеюсь, рассказывать её ты не будешь, — отрезал он, досадливо кривясь.
В белом свете диодного светильника на его лбу блестел пот. Ещё он делал странные движения руками: сжимал то одну ладонь, то другую. Мои же руки были туго скованы наручниками, и холод цепи пробирался по коже. В голове крутился миллион вопросов. Почему именно я? Ему нужна была Анна, сестра Влада?
— Извините, — решилась я спросить, — а вы что собирались с ней сделать: убить, изнасиловать, потребовать выкуп?
Он остановился и уставился на меня так устрашающе, что у меня пересохло в горле. Затем он резко встал и вышел, захлопнув массивную дверь.
Глава 3. Альберт
Утро началось не с кофе, а с просмотра криминальных сводок. Я почти не спал. Отогнал машину как можно дольше от дома, затем переваривал события дня. А главное, я не мог поверить, что похитил какую-то другую девушку, и посчитал это очередным поражением. Как могло получится, что та девица всё ещё на свободе и радуется жизни? Столько месяцев планирования, и провалиться в самом главном! Только я на такое способен. Не представляю, кто сейчас у меня в подвале. Хотя... может, так даже лучше. Она мне нужна не для разговоров. Её личность не так важна, главное — цель. Я сам успокоил себя этой мыслью. Всё равно первый блин комом.
За чашкой чёрного кофе я пролистывал в телефоне новости за последние восемь часов: убийство на фоне ревности, кто-то выпал из окна, несколько аварий, но никаких упоминаний о пропаже человека или похищении. Отлично, пока можно не волноваться. Часы показывали восемь утра, нужно ехать на работу. Отгул я брать не стал — подозрения окружающих сейчас не в моих интересах.
Я больше не заходил в подвал, потому что впал в ступор от её вопроса. Хочу, чтоб она молчала, поэтому решил не ходить к ней, пока не вернусь с работы. Ничего страшного, потерпит. Вода есть, а с голоду за день не умрёт. Меня в детстве запирали в комнате на несколько суток, и ничего, выжил. Правда, меня кормили.
Выйдя из дома в промозглую темноту улицы, я почувствовал лёгкую тревогу. Не люблю, когда темно. За забором вдали слышался гул машин. Двухэтажный кирпичный дом, в котором я жил, располагался в черте города, но на окраине. Его оставила мне в наследство бабушка, которую я в детстве почти не видел, но о которой у меня были довольно приятные воспоминания. До сих пор благодарен ей за дом.
Главный офис компании, в которой я работал бухгалтером, располагался в четырёхэтажном жёлтом здании, спрятанном во дворе спального района. Компания занималась доставкой цветов и другой подарочной продукции через сайт и приложение. У входа уже стояли блестящий Lexus директора и его жены, чуть дальше — BMW финансового директора. Я, как всегда, приехал на метро. Кроме работы, я почти никуда не ездил.