.Я сидела напротив, с каменным лицом, накручивая край чёрной футболки на палец. Всё это звучало как фарс: громкие слова, страшилки для отличниц. Я едва сдерживала смешок. Казалось, это какая-то нелепая шутка, а не реальность.
Я вышла из кабинета и рассмеялась, стоя в полумраке коридора у холодной бетонной стены. В нос бил резкий запах хлорки, сквозняк тянулся из приоткрытого окна, и я стояла, прислонившись к стене, чувствуя, как от смеха горят щёки. В будущем меня ждёт сцена, слава, музыка — какая разница, как я учусь и веду себя, думала я.
Тень стояла рядом. Холодная. Отстранённая. Она не смеялась.
— Слушай, ну это же не проблема, да? — хмыкнула я. — Он же не может выгнать меня из школы, по закону у него нет такого права.
— Ты хочешь, чтобы тебя перевели в коррекционную?
— Нет. Ты что?! — резко огрызнулась я, но в груди что-то неприятно кольнуло.
— А ведь до этого может дойти, — спокойно сказала Тень. — Всё это игра. Но знай границы. Хотя бы делай вид, что играешь по правилам.
Я лишь ухмыльнулась и пожала плечами.
Лето прошло в бесконечных репетициях. Мы даже успели выступить на фестивале — пусть небольшом, но настоящем. Родители посмотрели видео и, к моему удивлению, остались в восторге.
Все эти месяцы я жила в эйфории, будто на подъёме, который не кончится никогда. Так продолжалось до Нового года. Под бой курантов я загадала только одно — чтобы моя музыкальная мечта скорее стала реальностью.
— Хочу, чтобы моя жизнь взрывалась такими же салютами, — прошептала я в новогоднюю ночь, прижимаясь лбом к холодному стеклу и глядя, как в небе рассыпаются миллионы искр.
Тень стояла рядом и молчала.
8. "Незнакомец"
Очередной день рождения я отметила шумно. Сначала — репбаза с пивом, потом бар, где брат Арса за стойкой. У камеры мы подняли паспорта; бармен взглянул, кивнул — якобы всё в порядке .
Зал гудел, танцпол переливался. Мы заняли столик, заказали коктейли. Я выбрала «Смерть в полдень», а на протесты Риты лишь усмехнулась.
— Не пей эту дрянь! — взмолилась подруга. — Там градусов под сорок, тебя унесёт, а потом вынесет!
— То, что надо, — я подмигнула. — Хочу мозги проветрить.
— Проветрить? Да это убийство, а не отдых! — перекрикивая музыку, Рита срывала голос.
Но бармен — смуглый шатен с тёплыми голубыми глазами — уже протягивал бокал с зелёной шипучкой, улыбаясь во весь рот и подмигивая. Я ответила кривой улыбкой и осушила бокал залпом. Хотела как в кино, а вышло позорно: закашлялась, едва не выплюнула, а пара капель брызнула через нос. Рок-звезда, ага.
Рита похлопала меня по спине, а потом, смеясь до слёз, потащила в уборную.
— Ну ты даёшь! — щебетала она, поправляя волосы перед зеркалом. — Видела, какой симпатичный? Прям огонь! Может, познакомишься?
— С ума сошла? Ему лет двадцать пять! Разве что… навык заигрывания прокачать. — Я скривилась. — Вообще-то это брат Арса, если ты не знала.
— А, ну вот это уже палево. — фыркнула Рита. — Прикинь, если у них вся семья такая же долбанутая, как ваш Арсюша.
Про Арса в комьюнити ходили легенды. Второй год торчал в одиннадцатом классе, валялся то в кустах у клуба, то прямо на дороге — я сама однажды едва об него не споткнулась. Играл в разных группах, но надолго не задерживался: талантливый, но склочный, вечно пьяный. Мог сорваться на концерте, врезать кому-нибудь, устроить дебош или справить нужду посреди коридора. Как его ещё держали в музыкалке — загадка.
Мы же каким-то чудом его приручили. Особенно я — не без подсказки Тени.
— Он не плохой, — сказала она. — Он недолюбленный. Родители — алкоголики, дома ад. Всё его поведение — это крик о помощи. Выслушай его хоть раз. И…будь с ним осторожна, делай вид, что веришь, сглаживай углы, он иногда совсем не понимает, что делает.
Любопытство пересилило. На следующий день я оставила его после репетиции. Сначала он молчал, дёргал веком, а потом прорвало, рассказал всё: ночёвки на улицах, побои, мать с отцом на пособиях, пятеро детей. Уроки музыки — за счёт бабушки. «Может, в интернате было бы лучше», — сказал он, и у меня пересохло во рту.
Мы ушли с базы далеко за полночь, а до утра я собирала по осколкам своё сердце. Его слова резали, били по нервам, как плеть:
“Лучше бы я ...”
“Почему я ещё жив”
“Я им нужен был только ради этих копеек”
“Спасибо, что ты не выгнала из группы… Если я вам нужен — я буду жить.”
— Да не долбанутый он, просто детство тяжёлое было. У брата тоже, сама понимаешь. — я резко вынырнула из воспоминаний.
— Ну ладно, пошли найдём твоих пацанов. Вера уже домой ушла, от родителей выговор получать. Арс говорит, можно к какому-то другу его на хату забуриться. Он, типа, не местный, из соседнего города приехал учиться. Ты как после коктейля, жива?