– Эльмир поехал разузнать всё. Вечером за баню приди, он расскажет, поняла меня? – Айхылу кивнула, а сердце дрогнуло. Тётка Зифа обернулась на дверь, прислушалась, как дикий зверь, и продолжила – бабке ни слова не говори и по телефону не болтай об этом. Она что-то да понимает на русском. А мне с ней проблемы не нужны, но не могу я в стороне остаться, – глаза её увлажнились, – как же ты так? – Айхылу быстро достала письмо из-за пазухи и протянула ей – что это? – тётка Зифа прищурилась, глаза забегали по уже измятому и сотни раз читанному письму – ба, да это ж… это Сашка писал?
Айхылу молча кивнула, говорить уже не могла, слёзы подступали к горлу. Половицы заскрипели, тётка Зифа ловко сунула письмо в карман племяннице, и они сообща стали делать вид, что ничего не изменилось. Тесто месилось, чай пился, тётка Зифа болтала на башкирском и бросала осторожные взгляды на племянницу.
– Тётя Махзума за него горой стоит. Мустафин его так бы выгнал с конюшни, но она сказала, что тогда уйдёт вместе с сиротинушкой и прогнула его. Но теперь Сашка под присмотром, все трое братьев следят, чтобы он ночами коней не брал – шёпотом рассказывал Эльмир – его не пустят сюда, но хотя бы не бьют.
Айхылу рвала травинки под ногами. Слёзы иссохли, боль стала тугой и тяжёлой для её маленького сердца.
– Хорошая тётя Махзума, жалеет его, а эти стервятники… это Ринат их всех подначил. Средний Тамир, итак, под его дудку скакал, но вот что старший на такое пойдёт, нет, не думал. А он ведь и сказать ничего не может. Тётка Зифа завтра туда поедет, вроде как на покос с дядей Дамиром, но сказала заедет, поговорит с тётей Махзумой.
– Спасибо – прошептала Айхылу.
– Да что спасибо. Тётка сказала твой батя едет и что он всё знает. Что он сделает? – Эльмир смотрел на Айхылу – тётка говорит побьёт, говорит он такой.
Айхылу уже почему-то не боялась, ни отца, ни бабку, никого, только молилась за тётю Махзуму, чтобы та уберегла Сашку от своих же сыновей.
– А ты его это… ну что у вас там вообще?
– Не знаю, мы просто общались и всё.
– Что даже не это? Не целовались? – смущенно спросил Эльмир.
– Нет, говорю же, просто общались.
– Да как с ним общаться, ежели он не говорит?! Нет, ты уж давай на чистоту, он не трогал тебя? А то может Ринат ему за дело да…
Айхылу резко повернулась к Эльмиру и впилась злым взглядом. Он тут же замолк на полуслове.
– Я что врать буду? Я тебе хоть раз врала?
– Да тише ты, нет, не врала, но я просто спросил, мало ли. Только не плачь, ладно?
Глава 12
– Ну и я переехала к нему, да, он снял такую красивую студию – рассказывала Олеся.
Айхылу смотрела в побеленную стену на кухне и мыла посуду. Руки были слабые, уставшие не от работы, а от горя.
– А долги, тьфу, фигня, хрен что они с него выбьют. Это стиль жизни такой, берёшь сколько хочешь и не возвращаешь. А Танька-то наша спятила, совсем в Бога ударилась, на пары ходит ещё, конечно, но теперь не пьёт, кальян не курит, вся такая святоша, ой, не могу! – хохотала Олеся – вот она наша сильная Танечка из богатой семьи, нас-то жизнь закалила за счастье бороться, мы знаем, как своё урвать…
– Отец через пару дней поедет. Сказал с тобой только лично говорить будет – скупо рассказывала мать – ты не обижайся, но за дело получишь. Нашла с кем шашни крутить. Стыдоба-то какая, ой, стыдоба. Как ты матери моей в глаза-то смотришь? Ты спала с ним? Айхылу, отвечай?
– Нет, а надо? – язвительно спросила она и в трубке посыпались ругательства.
– Ты мне ещё пошути, ишь, моду взяла. Не смей с ним спать, он больной, даже не говорит. Господи, ну ты ж в городе живёшь, в хорошем университете учишься…
– Уже не учусь – поддела её Айхылу и оскалилась.
– Это пока, потом на медсестру отучишься, а там и денег подкопим, а там может и замуж выдадим, в декрет уйдешь…
– Таня? – осторожно спросила Айхылу, подруга давно ей не звонила и все новости о ней она узнавала от Олеси – Таня, ало?
– Да, привет, ты как там? Не скучаешь? – спросил тихий голосок.
– Нет, тут некогда скучать – ответила Айхылу, закрывая дверь на веранду.
– А я по тебе соскучилась. Когда ты приедешь?
– Никогда, я больше не учусь – рявкнула Айхылу и тут же осадила себя – прости, просто день выдался плохой. Что у тебя нового?
– У него дочка умерла – тихо упало в телефонном шуме.
Айхылу замерла перед окном и всё тело обдало неприятным холодком, будто сквозняком потянуло со всех щелей разом.
– Он отвозил её в садик утром и попал в аварию. Сам теперь инвалид, а дочь умерла сразу. Они вылетели на встречку, шину что ли пробили, не знаю, вылетели и лоб в лоб с другой машиной.