— Никодим уже ушел. Взял сумку и обещал принести еду на всех, кого спасли. — Сообщила она.
Светоч скинул с себя куртку и положил поверх простыней на Коломбину.
— Тогда она мне больше не пригодится.
Никодим вернулся с полной сумкой через час, запыхавшийся и взволнованный.
— Где-то рядом с городом слышна стрельба. — Сообщил он.
— Зачем? Почему? — Разволновался Влас. — Точно стрельба?
— Точно. Причем очень интенсивная.
— Кому это надо? — Влас нахмурился.
Светочу было не до стрельбы. Его больше интересовало состояние Коломбины. Он сразу полез в сумку и выбрал ей бутерброд. Помог сесть удобнее на каталке и стал скармливать маленькими кусочками. Гертруда принесла воды в мензурке, чтобы Коломбина запивала холодные и черствые куски хлеба.
— Ну, как, тебе уже лучше? — спросил Светоч, с удовольствием наблюдая за хорошим аппетитом подруги.
— Намного лучше. — Она улыбнулась обворожительной улыбкой. — Только ноги никак не отойдут, не чувствую их.
— Пойду в город выйду. — Сообщил Влас. — Послушаю, что творится. Будьте готовы резко сваливать отсюда.
Он ушел. Остальные «дикари» рассматривали в отражениях хромированных поверхностей медицинских инструментов свои новые искусственные части тела, трогали и удивлялись их появлению.
— Кто я теперь? — Спросил сам себя молодой парень. — И почему никто не интересовался моим согласием?
— МАК сам знает, что ты хочешь, привыкай. — Ответил ему Светоч.
— А если я не хочу.
— У тебя будут альтернативы. — Пообещал Светоч.
— А мне теперь дадут новое имя, на манер ваших странных имен?
— Наверное.
— Я не хочу новое имя. — Коломбина скривилась.
— Для меня ты навсегда останешься Коломбиной, даже если тебе дадут имя..., например, Звонкогласа или Светлолица. Хотя нет, имя Светлолица тебе точно не дадут. — Светоч засмеялся.
— Фу, гадость эти ваши имена, кроме твоего, конечно. — Коломбина снова улыбнулась. — Очень рада тебя снова видеть. — Она взяла Светоча за руку. — Плакал бы, если бы я умерла?
— Не собирай что попало. Устав Гармонии не одобряет предвосхищение негативных сценариев. Раз ты выжила, значит, другого варианта не было дано.
— Какой ты не романтичный. Мог сказать, что плакал бы, целовал мои холодные губы и обещал наложить руки сразу после похорон. — Коломбина рассмеялась и закашлялась. — Ой, легкие еще болят.
— Болят от твоей неуемной фантазии. — Светоч убрал ее холодные руки под простынь и куртку. — Не шевелись, пусть еда превращается в тепло, а то ты действительно, холодная, как покойник.
На улице уже наступила ночь. Михаил отключил от аккумуляторов ненужные потребители. В помещении остались гореть только две дежурных лампы. Светоч забрался в каталку к Коломбине, обнял, согрел собой и собирался забыться счастливым сном спасителя мира и отдельно взятой девушки. В помещении ворвался Влас.
— Там... там приземлились летательные аппараты прямо перед домом. Светоч, ищут тебя.
— Меня? — У Светоча тревожно забилось сердце.
Коломбина тоже подняла голову и с волнением посмотрела на него.
— Не ходи, пусть улетают. — Она не на шутку испугалась. — Они тебя не найдут здесь никогда.
— Светоч, они сказали, что друзья и что ты их знаешь. Они вещают через громкоговоритель и на частоте клещей, но сюда сигнал не может пробиться. — Произнес Влас. — Я бы на твоем месте поднялся и послушал, чего они хотят. Возможно, ты им нужен, чтобы завершить начатое.
— Не ходи. — Коломбина ухватила Светоча за руку. — Пусть без тебя справляются.
— А если нет? Я только послушаю и вернусь. Обещаю. А ты спи и набирайся сил. Если не дадут электричество, нам придется идти до базы по улице. Я мигом.
— Я не усну, пока ты не придешь. — Коломбина смотрела на него во все глаза.
— Я приду. — Пообещал Светоч уверенно. — Даже куртку брать не буду.
Он на самом деле собирался подняться до уровня, когда клещ начнет ловить сигнал от прилетевших людей и послушать, чего они хотят от него. Если это ренегаты, прознавшие о его предательстве, то он не станет выходить к ним. Удивительно было, что они каким-то образом вычислили его местонахождение. Возможно, запеленговали последнее нахождение «клеща» у здания «Звездочета».
Влас пошел вместе с ним.
— Аппараты точно не из наших краев, не ренегатские. — Произнес Влас. — Наверное, и стрельба была из-за того, что войска пробивались через пригороды. Это точно те, у кого ты был в плену, в смысле, в гостях.
— Сейчас я не очень рад их видеть. Для меня задание и так было тяжелой ношей и хотелось бы уже морально отдохнуть от нее. — Признался Светоч.
— Я тебя понимаю. Тут еще и любовь свою вернул, какие могут быть задания, когда медового месяца хочется.
— А что это за месяц?
— Деревня. — Усмехнулся Влас. — Это месяц, когда ты свою женщину хочешь в любых обстоятельствах и в любое время. Как будто терпел всю жизнь, а тут добрался. Месяц, когда надо уединиться вдвоем, проще говоря, и чтобы ни одна сволочь не вздумала помешать.
— Да, ты прав, мне нужен медовый месяц.
— А может, они просто решили тебя наградить. — Предположил Влас. — Нет, с такими боями вряд ли это разумно.
Они поднялись до спирального подъема, когда в голове Светоча раздался голос.
— ... мы ограничены временем. Чтобы завершить наше дело, осталось выполнить последнее задание. Без тебя это не получится Светоч. Это я, Николай, выходи, не бойся, тебе ничто не угрожает.
— Это голос Николая. — Произнес вслух Светоч. — Непонятно только, что он имеет ввиду.
— Ну, и что будешь делать? — Поинтересовался главарь банды.
— Пойду, наверное, узнаю, что еще надо сделать. — Светочу не хотелось этого, но он понимал, что если не пойдет, то все предпринятые усилия окажутся напрасными. — Подстрахуй меня, если это окажется не он.
— Как?
— Я не знаю.
— Ладно. — Влас вынул из кармана гаечный ключ. — Когда-то я был чемпионом школы по точности бросков учебной гранаты. Надеюсь, руки помнят.
Они поднялись на уровень с дорогой. Вдалеке слышалась стрельба. Перед зданием стояли два летательных аппарата, гораздо крупнее «птеродактиля». Выглядели они воинственно благодаря хищным силуэтам и стволам орудий под «брюхом». Аппараты освещали площадку перед собой и группу людей.
— Светоч, если ты меня слышишь, не игнорируй просьбу. Без тебя мы не завершим начатое. Ты нужен, чтобы перепрограммировать МАК. У нас очень мало времени. Отряды сдерживают ренегатов, пытающихся ворваться в город. Это я, Николай, я никогда не обманывал тебя и знаю, что ты так же заинтересован в окончании нашей операции.
— Я иду! — Выкрикнул Светоч.
— А мне что делать? — Растерялся Влас.
— Оставайся в темноте. Если это не они, то меня, скорее всего, вы больше не увидите.
— А кому ты еще нужен? Это точно они, не переживай. — Успокоил его главарь.
Светоч, борясь с дрожью в коленках, направился к группе вооруженных людей. Напуганные горожане жались в тень, но не уходили из любопытства. Вооруженный мужчина, увидев приближающуюся фигуру, пошел ей навстречу. Светоч узнал Николая за десяток шагов.
— Николай?
— Светоч? Ты почему так долго не отзывался? — Николай прибавил шаг.
— Я не слышал. Был глубоко под землей.
Николай обнял Светоча.
— Ты не представляешь, как сейчас все зависит только от тебя. Все, что мы готовили и планировали могло просто не случиться, если бы ты не вышел. Мы все безумно рады, что у тебя получилось, но надо напрячься в последний раз.
— А что мне нужно сделать?
— Сейчас объясню. — Николай подвел его к группе людей.
Светоч сразу же узнал среди них Макхаила, того самого, который расстрелял и взорвал сопровождавших его на последнем задании Евгения и Татьяну. Макхаил заметил испуг и улыбнулся.
— Я свой. — Произнес он обнадеживающе. — Просто хорошо играл роль.
— А как же взрыв в броневике? — Светоч еще не верил ему.
— Так это тоже был спектакль с хорошими спецэффектами. Танюха, иди сюда!