- О! - обрадовался Василий Павлович. - Заходи, прям вовремя ты - у тебя ж почерк набитый, взрослый. Нам позарез нужно набрать человек восемь своих...
- Много задержанных? - спросил, думая о своем, Токарев-младший. Отец укоризненно хмыкнул:
- Пока ни одного - и не до них. К утру не сдюжим разжалованных будет с лихвой. А вы, сударь, невнимательны - я про почерк заикнулся, а не про кулаки...
- Опять липуете, - понимающе кивнул Артем. Петров-Водкин возмущенно вскинул брови:
- А ты знаешь другой путь к счастью?
Токарев-младший, не желая вступать в бессмысленную дискуссию, неопределенно повел плечами и обратился к отцу:
- Пап, минутка есть?
- He бзди, сын, какая минутка - мы будем жить вечно... Чего стряслось?
- Леху Суворова избили...
Василий Павлович усмехнулся:
- Водкин, ты слышишь, что творится-то?.. Боксеру по морде надавали.
- Не может быть! - сделал строгое лицо Петров-Водкин. - Да как же им не стыдно!
Артем вздохнул:
- Я серьезно... Его отоварили в парадной, били ведром с кирпичами. Пол-брови - как слизало. На соревнованиях Леха больше никогда не сможет выступать... Он только сегодня второе место по городу взял...
Василий Павлович помотал головой:
- И в чем проблема?
Артем упрямо наклонил голову:
- В этом... Непонятно все... Его как будто ждали специально...
Токарев-старший прищурился:
- И в чем странность? Боксеру, твоему корешу, в парадной наваляли. Почему-то ведром. И что? Странно, что бьют обычно в голову, или странно, что ведром? Цапнулся твой Леха где-то со шпаной, вот они его и встретили... Мы-то чем помочь можем?
Токарев-младший понимал, что отец говорит так не от черствости, а потому, что знает реальную практику работы УРа, и все равно не согласился - душа протестовала:
- Леха никогда ни с какой шпаной не бился, предпочитал по морде получить, был случай - он же понимает, что у него удар страшный. Леха - он вообще почти "толстовец". Здесь что-то другое... Позвони...
Василий Павлович нахмурился, давя в себе раздражение:
- Кому и зачем? Я бы сказал: на хера? Злодей пойман?
- Нет...
- Тем более... Слушай, давай делом займемся. Леша твой жив, очухается, до свадьбы - заживет. Давай набирай разных авторучек присоединяйся к нарушителям социалистической законности. И не забивай мне голову...
- Подожди, папа...
И Артем все-таки рассказал подробно, сухо и детально все, что узнал о нападении со слов Алексея и по результатам своего осмотра лестничной клетки. Много времени рассказ не занял.
- М-да, - сказал отец, когда сын замолчал. - Водкин, слыхал?
- Угу, - кивнул Петров.
- Тогда - мнение подбрось!
Петров-Водкин пожал плечами и почесал в затылке.
- А что тут... Несовершеннолетний мудак тырил газеты и журналы из ящиков, рядом почему-то стояло ржавое ведро (не факт, что он с ним пришел, его кто угодно мог приволочь по миллиону причин). Он складывал газеты в ведро, чтобы проходящие не увидели беспорядка. Получил поджопник - испугался - отмахнулся. Попал удачно - ваши не пляшут. Все - лейся песня!
- Во, - одобрительно кивнул Токарев-старший. - Моя школа! С ходу, правда, не раскрытие, а - сокрытие, но - на то воля товарища СТАТИСТИКА.
Артем сжал зубы и, понимая, что, наверное, ничего убедительного добавить не сможет, все же попытался еще раз:
- Пап, я не спорю, но... Понимаешь, мы сегодня с Анькой на соревнованиях были, как раз Лехин бой смотрели... И я назвал его манеру доброй... А там был какой-то чувак странный, он выше сидел, я его лица не видел, он комментировать начал... Что, мол, доброта - это всегда слабость и проигрыш, и что, мол, Леху и на улице урыть - не фиг делать... Анька ему еще сказала что-то типа, мол, попробуй...
- И что?
- Ничего... Но он очень как-то странно говорил. Знаешь, как будто рассуждал, что сильная личность - может все... Нездорово так рассуждал, тревожно... И сразу после этого - Леху чисто и грамотно делают, и ничего не берут при этом... Не случайное это совпадение...
* * *
В кабинете повисла тишина. Потом Петров-Водкин хрюкнул, но тут же, сделав серьезное лицо, направился к выходу:
- Я сейчас. Вы тут поговорите пока, а я за ручками.
Отец и сын остались в кабинете вдвоем. Наконец Василий Павлович сказал негромко:
- Ну и как прикажешь реагировать? Водкин - человек деликатный, потому здесь ржать не стал, к себе пошел... Все харэ трепаться! В то время как все здоровые силы пытаются уйти от уголовной ответственности, совершая новое должностное преступление, то есть борются за переходящий вымпел лучших по раскрываемости имени Сутулова, некоторые переживают из-за разбитой хари... Позор!
...Чуть позже, чувствуя все-таки обиду и несогласие сына, прилежно писавшего новую КП, Василий Павлович вернулся к, казалось, уже закрытой теме:
- Ты пойми... Дело ведь не в том, что лень морочиться.. Просто... Понимаешь, я без малого двадцать лет в розыске - и не видел ни одного фильма и не читал ни одной книги, где бы хоть как-то похоже рассказывалось о том, как на самом деле совершаются и раскрываются преступления. Потому что в книгах и фильмах должно быть красиво и интересно. А в жизни - в жизни все намного проще и приземленнее. В абсолютно подавляющем большинстве случаев самая простая и банальная версия и оказывается самой реальной наиболее близкой к тому, что на самом деле случилось. Но есть любители романтизировать - и у нас в розыске, кстати говоря тоже. Знаешь, такие пиздоболы, которые вместо того, чтобы работать, начинают версии перебирать - и заходят, бывает, далеко. Мне и про Достоевского доводилось слышать, и про мистику, и даже, извини, про внеземные цивилизации. Это - дело такое только начни, так заговориться можно - до сумасшествия один шаг останется... Люди так себя сами утешают и развлекаются - чтобы жизнь не казалась слишком серой, обыденной и прозаичной... "Тьмы низких истин нам дороже нас возвышающий обман"... или "все возвышающий"? Не важно. Это я к чему - по поводу Лехи твоего... Там, с ведром, - действительно что-то... Какой-то перебор...