В самолёте наступила такая тишина, какой не было даже на похоронах моего шурина. Поклялся бы на те самые две тысячи баксов, что летели мы так не меньше часа, но на деле прошло максимум пять минут. Раскрасневшийся парнишка протёр свои очки, искажающие изображение даже чересчур сильно, и безэмоционально уставился в иллюминатор — потрясающая, как по мне, перемена настроения и не менее впечатляющий самоконтроль… Или его отсутствие? Впрочем, меня волновало только одно — сколько раз не перебирал его слова в уме, я не смог обнаружить ни одного повторяющегося мата — вот то было действительно потрясающе.
— Может скажешь нам, кто ты, блин, вообще такой? — осмелел наконец мой напарник. — Я имею в виду: респект, вся херня — это да, но…
— Геолог, — ответил тот голосом, более похожим на голос двадцатипятилетнего парнишки. — Рон.
— Или же Рональд Лео Уэйн, — добавил мистер Форвард. — Молодой человек, уже отличившийся несколькими научными работами о залежах серебряной руды на крайнем севере Канады и прецедентом с дракой на пресс-конференции в Квебеке.
— Подумаешь, — отмахнулся тот, — пара ссадин – да и всё. Зато какой блеск для репутации — я ведь оказался прав!
— И какое было бы пятно, если бы ошибся.
Что могу сказать: судьба неплохо подобрала нам с Сэмом коллектив в том заказе — все знали всех, но никто не был настроен работать сообща. У меня было очевидно плохое предчувствие, притупляющееся лишь позитивом, что работёнка должна была быть ещё та.
[Скан-копия фото из командировочных документов. Рональд Лео Уэйн ]
— Скажи, Джордж, — не сводя взгляда с Рона, поинтересовался «мистер Смит», — давно ты знаешь нашего Поттера на стероидах?
— С две тысячи шестнадцатого, — коротко, но точно ответил тот, однако ответа того было явно недостаточно. — Почему бы тебе, по какому поводу тебя ни било любопытство, не расспросить обо всём самого, кхм… «Поттера на стероидах»?
— Плохо понимаю техасский акцент, — легко, но весьма отвратительно ухмыльнулся выскочка. — Он больше подходит для общения с коровами.
— Зря грубишь, немец, — поправил тот очки. — Я вполне коммуникабельный человек и готов подстраиваться под собеседника, если собеседник того стоит. Не можешь слушать — читай по губам, — он придвинулся к краю ряда, наклонил корпус вперёд и указал на собственный рот. — Пошёл нахуй.
— Господа, я предлагаю вам закончить этот балаган и начать привыкать друг к другу. Ссоры на почве недосыпа и политических взглядов — не самое лучшее начало.
— Да ладно тебе, Джордж. Какие ссоры у меня могут быть с человеком из штата, где даже олени настолько тупые, но живучие, что прыгают под машины несколько раз за жизнь?
— Травмоопасные ссоры, выблядок.
— Ха… Другого от фермера я и не ожидал.
— Мистер Смит, мистер Рональд, — не выдержал я и заговорил своим сонно-хрипящим голосом, — ради вашего же блага и грядущего плодотворного сотрудничества: найдите оба что-нибудь интересное снаружи иллюминатора и займите этим ваше внимание до конца перелёта. Если так хочется выяснить отношения — сделайте это снаружи, чёрт побери!
На том и повисла новая тишина, перебиваемая смешками Сэма. Тот, похоже, как и я, представлял двух агрессивно настроенных мужиков, выходящих из самолёта на полной скорости… Замечу лишь одно: выдавить из себя чёртово «мистер Смит» оказалось куда сложнее, чем предполагалось изначально.
* * *
Когда я узнал, что в Кайана был аэропорт, это тут же принесло мне ощущение некой… цивилизованности местности. Согласитесь — трудно поверить в то, что летишь в деревушку, если в той есть аэропорт, верно? Небольшая военная база, располагающаяся в посёлке, и вовсе приносила небывалый оптимизм в мысли и предположения о том, куда же мы всё-таки должны были сесть, но всё встало на свои места очень быстро — когда тот самый Кайана показался из-за туч.