Он развернулся и тем же шагом пошёл дальше. Уэйн всё ещё не двигался.
— Порядок? — подошёл я к нему. — Уэйн?
— Я… Я ви… — в какой-то момент он перевёл взгляд на меня и резко успокоился. — Порядок, — кивнув и поправив очки, прошептал парень. — Хренов малец… Пошли — не будем отставать от этого идеала правосудия.
И мы двинулись вперёд. Поверил ли я в россказни парнишки в тот момент? Нет. Точно не до конца. Я бы больше положился на теорию о том, что в том тумане, который действительно мог быть каким-то газом из пещеры, содержался мощный галлюциноген или что-то в этом роде. Лимбы, стены между мирами, призраки и мёртвые — всё то точно не уложилось бы на годы скепсиса и цинизма. Не так быстро.
Однако той ситуации суждено было резко измениться. На подступах к деревне… Нет, чуть позже — в одном из заброшенных и почерневших деревянных домишек нас ждала очень странная встреча, нас ждал тот, чьё существование было страшнее соседства с чудовищем…
Глава 6. Духи и мёртвые
Почерневшие, действительно почерневшие деревянные домишки несмело и даже трусливо показывались нам из тумана — мы входили в границы деревни. Покошенные от оползней, прогнившие от частых дождей крыши, треснутые и припорошенные пылью стёкла в перекошенных окнах, открытые, если вовсе присутствующие двери, поросшие и засыпанные тропинки да дороги — всё говорило о том, что то место было заброшено уже очень давно.
— Здесь что, блин, война прошла? — всматривался вперёд себя Сэм.
— Нет, — ответил проводник. — Здесь просто очень долго не проходил человек. Времени не нужна война, чтобы забыть людей.
Мы зашли на территорию селения и остановились у самых первых домов. Теккейт долго не двигался, будто всматриваясь и вслушиваясь в само прошлое, пока, наконец, не предложил следующее:
— Можем обыскать это место, если хотите.
— Смысл?
— Отец часто проходил через него на охоту. Велик шанс, что здесь будет ещё какое-нибудь оружие из его запасов.
— Ага — ещё пара ножей, сто пудов, блин.
— Предпочитаешь отбиваться руками? — резко оглянулся на Сэма Рональд. — Разделимся. Вы втроём — белобрысым и выблядком пойдёте влево, а я с «мистером Фоггом» — вправо.
Моего зрения в тумане хватало на то, чтобы увидеть двенадцать домов ровно. Деревня стояла на небольшом ровном участке горного склона, располагаясь вдоль неизвестной мне горы с севера на юг прямоугольником. Рискнул бы даже предположить, что насыпали ту небольшую равнину искусственно, потому что и начиналась, и заканчивалась она слишком резко.
— Хреновая идея — разделяться.
— Поддерживаю. Идея посылать меня в церковь — так себе, геолог, — Энтони указал на маленькое одноэтажное здание с христианским крестом над входом.
— О, то есть разделение тебя не парит вообще, да? — обернулся на него Сэм.
— Количество всё равно нам не поможет, если наткнёмся на что-то в тумане, а вот церкви я не люблю. Эй, парень, — подозвал он Тека, — а духов или как ты там их назвал убить вообще можно?
— Я… Вы же не собираетесь?..
— Возможно, — прищурился Смит. — Если это возможно.
— Вряд ли. Даже если и изранить духа, попавшего в наш мир — он просто ослабеет для того, чтобы здесь находиться, но…
— А вот это уже дело! — потёр Рон руки. — Значит, я!..
— Но вы никогда не сможете понять, насколько сильный перед вами дух! — тут же остановил его проводник. — Если не изгоните его быстро, а раззадорите — нам всем конец! К тому же…
— К тому же, те, что будут изгнаны нами, наверняка смогут вернуться, — парнишка кивнул на предположение спелеолога. — Подумал бы первый раз в жизни, геолог, раз повод есть. Ведь если они вернутся слишком быстро…
— Верно.
— Постойте-постойте, блин! Вы двое сейчас серьёзно обсуждаете эту херню? То есть: не так, что это были галлюцинации долбанной наркоты, а призраки прям призраки? Вы в своём уме, а?!
В его претензиях были слова истины. Вообще, я чувствовал себя брошенным в омут, покинутым прямо посреди боя без инструкций, приказов или цели. Что было делать? Чему верить? За кем следовать?
— А ты хочешь на себе проверить, иллюзия ли это, персонал? — тот не ответил. — Даже если так — иллюзия в тумане и из-за тумана. Травы, как сказал нам парень, просто усилили эффект, и пока мы здесь, нас всё ещё будет «глючить». Не хочу умирать от разрыва сердца, — он развернулся и направился к церкви. — Ровно, как и от призраков — тоже не хочу. А теперь пошли — не нравятся мне все эти деревья, хочу внутрь.
И мы разделились. Я ни разу не думал, что Рональд — тот, кто боялся «медведя» больше всех — просто так предложил бы идею разбиться на меньшие группы. Нет — он явно был не из храбрых, пускай и выделывался, так что всё время поисков моя голова была занята двумя мыслями: о том, где же правда; и о том, на какую тему должен был состояться наш личный разговор.