— Ты сейчас серьёзно, геолог?
— Серьёзнее некуда, — он вновь взял тот же самый нож и указал на готовность действовать.
Не было причин не соглашаться, потому как он был полностью прав: либо перед нами было что-то, с чем могло справиться четыре человека, либо это был конец для нас всех. Мы стали полукругом, схватив подручные предметы в качестве оружия, и отворили дверь.
Сказать по правде, я ожидал чего угодно, кроме того, что увидел — вход был полностью чистым, а впереди нас не стояло ничего, но прямо под самим порогом, к коему вели очень отчётливые и яркие, по сравнению со всеми остальными цветами, следы крови, в нелепой позе и весь в крови лежал он — Теккейт. Его рука, ударившаяся об дверь при падении тела, ввалилась внутрь.
Все мы замерли в сильном удивлении. На рыжем парнишке не было пустого места от красных пятен. Его штаны, его парка, лицо и даже волосы — кругом была только кровь, и даже звучал он измученно — упав в обморок от усталости, он дышал сухо и хрипло, вечно дёргался, будто пытался проснуться.
— Живой. Ах ты… Ты…
Рональд смотрел на него широко открытыми глазами. Сжимая всё крепче рукоять ножа и дыша всё быстрее, он, кажется, осознавал, кто именно лежал перед ним.
— Ублюдок!
Растолкнув нас всех, Рон бросился на Тека, даже несмотря на то, что тот был без сознания. Развернув парнишку на спину и убедившись, что перед ним было то самое лицо, геолог поднял над собой нож и уже был готов ударить прямо в сердце врагу. К счастью, моя реакция оказалась чуть быстрее его реакции, а мой ботинок — быстрее его ножа. Да, опасно было бить в голову, но лишиться единственного и новообретенного человека, что мог провести через леса — ещё опаснее.
Оглушённый ударом, парень слетел с нашего предполагаемого проводника и, ударившись о дверной проём, упал за порогом. Медлить было нельзя — я тут же побежал к нему.
— Разбудите второго! — сорвалась с моих уст команда. — И оттащите подальше!
Мой план просто сесть на Рональда, зафиксировав тому руки, провалился ещё в зачатии — парень поднялся куда быстрее, чем я ожидал, и первое, что он успел сделать — наотмашь махнуть рукой. Гул. Не медля ни секунды, геолог рывком ринулся в сторону Теккейта, которого безуспешно пыталась разбудить остальная команда… Чёртова горячая голова.
— Сука! — прокричал Рон, сделав два шага ровно.
Совершив выпад и почти раскинувшись на полу, я успел ухватить того за ногу так крепко, как мог себе позволить. Парень дёрнулся от неожиданности и тут же, повинуясь инерции, упал на пол вперёд себя. Поднявшись и подтянув его к себе под ноги, я вновь попытался вернуться к предыдущему плану — ни к чему было драться, так что нужно было просто его обездвижить. Но нет. Конечно же, нет.
Развернувшись на спину, он тут же ударил мне по одной из ног, выбивая меня на колени, а затем — тыльной стороной ладони по челюсти, не забывая поворачивать корпус при ударе. Понятия не имею, кем был тот парень до того, как стать заучкой в очках, или кем был параллельно с этим, но удар у него был поставлен очень хорошо. По крайней мере, для гражданского.
Меня перекосило в сторону, и я буквально чувствовал, как наклонялось моё тело, чтобы упасть. К счастью, неконтролируемая ярость Рональда заставила его нанести ещё один удар — его-то я и перехватил. Отведя кулак в сторону, я обхватил его локоть с наружной стороны и, прижав к груди, полностью заблокировал ему возможность бить справа. Впрочем, ненадолго.
Схватив мою ладонь левой, он рывком высвободился и вновь ударил меня по лицу. «Нельзя его калечить, — голос в голове говорил всё тише. — Нельзя его…» — обхватив ворот моей куртки обеими руками, Уэйн попытался сбросить меня прочь. Мой взгляд устремился вперёд. Отчётливое осознание того, что если бы я тогда позволил ему добежать, то ни один из членов нашей команды не смог бы остановить его месть, грело мою ярость — не хотелось терять шанс и, возможно, умереть из-за чьей-то слепой глупости.
«К чёрту!» — заведя свои руки снизу, я разбил его хватку в стороны, вследствие чего его торс открылся для ударов. Однако, вместо этого, я сам обхватил его воротник и, потянув на себя, вдарил со всей силы лбом по его носу. Ещё раз. И ещё раз. После третьего удара Рон уже не пытался подниматься или бежать — просто валялся на полу, сдерживая кровь.
— Ф-ка!.. — обхватил он разбитую переносицу.
— Он нам нужен живым!
Один удар точно пришёлся на лоб — свежий синяк у правой брови всеми силами свидетельствовал о том. Но с другой стороны, судя из точечной боли у меня на лбу и тому, что я видел… третий удар пришёлся по оправе очков.
— Отвали! Отъебись от меня! — вновь попытался вырваться тот, лишь немного отдышавшись; безуспешно. — Да ты хоть помнишь, кто это?! Ты хоть представляешь?!
— Без него шансы умереть выше, — наступил я коленом ему на грудь.
— Ублюдок! Просто эгоистичный ублюдок! Я бы посмотрел на тебя, если бы!..
— Если бы что? Мёртвым плевать на твою месть, — тот, схватившись за моё колено, перестал сопротивляться и уставился на меня. — Мёртвым в принципе плевать.
Секунда, другая. Кроваво-красный румянец начал медленно спадать с лица парня, кулаки, сжатые моей хваткой — разжиматься, зубы — переставать скрипеть.
— Отпусти меня, — тон того стал более менее спокойным, впрочем, доверия от этого не прибавилось.
— Если попытаешься сделать хоть что-то…
— Да понял я! Отпусти.
Он легчайшим движением сбил меня с себя и, поднявшись, медленным шагом направился к Теку.
— Спокойно, — обернулся он на меня. — Нож всё равно отлетел хрен пойми, куда.
Поправив куртку, он обхватил нос и, пошатываясь, зашагал вперёд. Теккейка привели в чувства, в том не было сомнений — на его бледном, как сам туман, лице проступал чистый страх от одного взгляда на того, кто на него шёл.
Сэм и Энтони инстинктивно переглянулись между собой. Оба, попытавшись закрыть собой парнишку, потерпели оглушительную неудачу — Рональд одним толчком растолкнул обоих в стороны и тут же, широко шагнув, схватил Теккейта за шиворот.
— А теперь слушай сюда, мелкий кусок дерьма!
Он выдернул того к входной двери и, буквально, вбросил внутрь. Распластавшись на полу, парень попятился назад, нелепо перебирая руками, а Уэйн, глубоко дыша, словно зверь, лишь твёрдым шагом ступил внутрь.
— Плевал я на то, какие были у тебя мотивы, — он шагал нарочито медленно, перекрывая собою свет, идущий снаружи, и говорил нарочито низко, — плевал на то, что ты там пережил; плевал, что будет с тобой дальше или что есть сейчас. Ты поведешь нас отсюда! — он смахнул с носа кровь на пол, не прекращая идти, — Выведешь к Кайана, а затем… — он обернулся на нас и оскалился. — А затем я собственноручно потащу тебя за шкирку в полицию, а оттуда — в зал суда, в тюрьму, где ты проведешь всю свою оставшуюся никчёмную жизнь!
— Хрена, он даёт, — шепнул мне Сэм.
— А если… Если, — подчеркнул он, — ты попытаешься строить из себя мстителя, подумаешь завести нас глубоко в лес и умереть благородной смертью, то я гарантирую тебе… Я клянусь именем того, кого ты и твой ебанутый папаша зарезали, как чёртов скот!.. — он присел напротив Теккейта на одно колено и, сняв искривлённые ударом очки, взглянул тому прямо в глаза. — Я заставлю тебя пожалеть о своём решении. Много… очень много раз. Благодари вон того сукина сына, — указал он на меня, — за то, что ты сейчас дышишь, и благодари саму судьбу, что не откинулся где-то в лесах — ты испытал её, и ты выиграл. Но не испытывай меня. Ты для меня куда меньше, чем животное, и даже когтя моей собаки для меня ты не стоишь.
Трясущейся рукой он вернул очки на место и какое-то время просто смотрел на нашего проводника в полной, почти абсолютной тишине. Хвала какому-нибудь богу, что у него действительно не было ножа.