– Да, я тоже видел подобное, – кивнул Орёл.
– У него клеймо раба «нечистых»: ясно, что они посадили его на воду, и изуродовали лицо, – сделал вывод Тол.
– Да, пока всё сходиться, – задумчиво сказал Орёл.
– «Нечистые» знают, что человек с таким лицом уже никогда не сможет стать полноправным членом нашего общества, – добавил Энрики.
– А мне он кажется вполне симпатичным, – сказал Лис.
– Да, что же ты тогда не разукрасишь так же и себя? – засмеялся Тол.
У Лиса зло сверкнули глаза:
– Заткнись Тол, на себя посмотри!
– Если бы человек получил такой шрам в бою, – продолжил рассуждения Орёл. – Как бы не было тяжело, он воспользовался бы лечебным средством – «самой», например. Так что и следа не осталось бы! Если он этого не сделал, значит, ему не дали. Я так думаю.
Он склонился над Никто, разглядывая его:
– Здесь ещё много мелких, едва заметных полосок, его словно кромсали. Но они все заживлены.
Лис присел рядом:
– Арел, взгляни на эти шрамы возле самого уха. Похоже, что у него ухо было отрезано. А потом ему приживили новое.
– Многое же ему пришлось пережить, – сказал Энрики.
– Кстати, уши отрезают и «красные», – заметил Лис. – Уши и пальцы.
Все посмотрели на ту руку Никто, где не хватало безымянного пальца.
– Вот не повезло ему, – сказал Тол. – Сдаётся мне, что по его телу мы узнаем больше, чем он сам о себе рассказал. Давайте разденем его! Пока он без сознания.
– Значит, его ломали и «нечистые», и «красные», – задумался Орёл.
– И мы, – добавил Лис.
– Дался он всем, никому не известный парень с запада? Не понимаю! – пробурчал Тол, раздевая Никто.
– В том-то и дело, что не всё так просто, – Лис нервно закурил. – И я бы не связывался с этим, я это с самого начала вам говорю! Арел, ты слышишь меня?
– Слышу.
– Это радует!
– Нет, – сказал Тол, – если тебя изуродовали, посадили на «чёрную воду», и ещё всё остальное, то тут уже не до чего, остаться бы в живых!
– Как видишь, он пытается восстановиться, – заметил Энрики.
– Да, парень цепко держится за жизнь, – согласился Лис, глядя на сильное, мускулистое тело Никто.
– Но, по-моему, он не слишком удачливый воин, – покачал головой Энрики.
– А, по-моему, наоборот – слишком удачливый, – возразил Орёл. – Это стрела в сердце, разве не так? – он указал на овальный шрам у Никто на груди.
– Это смертельная рана, – сказал Лис.
– Так же, как и вот эта, сбоку. Шрам совсем свежий.
– У него девять жизней, – фыркнул Тол.
– И у него куча проблем, – добавил Орёл. – Я отказываюсь от этого дела!
– С ума сошел! – воскликнул Энрики. – Что ты задумал?!
– Ломать я его больше не буду, – произнёс Орёл твёрдо. – Надоело!
– Знаешь, чем это нам грозит?! А если он на самом деле замешан в заговоре?!
Никто зашевелился, привстал, откинул волосы с лица, оглядывая себя: по пояс голый, в спущенных штанах.
– Вы что хотели поиметь меня? – спросил он удивлённо.
И тут всех словно прорвало, Тол согнулся пополам от смеха, все смотрели на Никто и ржали.
– Иди, промочи горло, – обратился Тол к Никто уже вполне добродушно.
– Да, Ник, или как там тебя, в самом деле, выпей с нами, – согласился с ним Орёл.
Никто встал, застёгивая широкий ремень, подошел к столу и, взяв предложенный бокал, сразу сделал несколько глотков.
– Я могу одеться? – спросил он.
– Да, мы отпускаем тебя, – ответил Орёл.
Вернувшись к столбу, Никто принялся подбирать свои разбросанные вещи:
– Чёрт, зачем порезали бинты?
– Хотели сделать тебе поживей укол, – объяснил Орёл. – Предупреждать надо, что у тебя там вместо вен – пиздец.
Он позвал слугу и приказал ему принести новые бинты.
– Ловко у тебя получается, – сказал Энрики, глядя, как за считанные секунды Никто обмотал руки, принесённой тканью.
– Кто колол меня? – спросил Никто мрачно.
– Я, – Лис улыбнулся.
– Отдельное спасибо! – Никто на секунду задумался. – Лис.
Лис засмеялся:
– Ты не рад?! Я сделал всё, что мог!
– Да уж! Неужели никакое другое место тебе не пришло в голову?!
– Ну не потрахаешь теперь пару недель свою «нечистую» суку, – Лис пожал плечами, – подумаешь…
Никто глянул на него, но промолчал. Он стал подбирать с пола свои браслеты и, привычным движением с глухим щелчком, закрывать их на руке. Когда он потянулся за одним из браслетов, закатившимся за столб, его длинные светлые волосы, съехав набок, обнажили спину, сплошь покрытую рубцами от плетей. Друзья молча переглянулись.
– Классная у тебя спина, – сказал Лис.