- Приветствую, господин, - нацепив широкую улыбку, как могла более дружелюбно поздоровалась.
В ответ по мне лишь скользнули презрительным взглядом, слегка передернув плечами и хрипло буркнули:
- Не интересует.
Я опешила. Даже подумалось, что обозналась, в рассветной полутьме не разглядела кого надо. Да нет, вроде он, хоть волосы растрепаны, под глазами обозначаются темные круги, рубашка сильно помята. Однако, никаких сомнений не остается — передо мной точно распорядитель отбора.
- Что не интересует? - глупо переспросила, надеясь что это его очередная шутка. К слову, совершенно не смешная, как и все предыдущие.
- Чтобы ты не предложила. И, вообще, сгинь, пока городскую стражу не позвал, - и уже отвернувшись, ворчливо добавил: - Совсем уже страх потеряли...
Далее шло грязное слово, от одного звучания которого заалели уши. Не знаю почему, но всегда краснели первыми они. Стоп, как он меня назвал?!
- Что ты себе позволяешь, прислужник? Как смеешь ты так общаться со мной? - яростно закричала, благо людей в столь ранний час на улицах не было, некого пугать.
Мужчина резко повернулся и в его широко распахнутых от удивления кофейных глазах увидела своё отражение: распущенные белесые волосы, опасно прищуренные голубые глаза и румянец негодования на щеках. Вид полного замешательства мага, заставил расхохотаться и мысленно себя поругать. Не прошло и несколько часов, а я уже совсем забыла что выгляжу иначе.
- Ведьма, - процедил сквозь зубы прислужник, сжимая ладони в кулаки, однако, не предпринимая попыток свернуть мне шею.
- Она самая, - довольно кивнула, хитро подмигнув. - Аль не узнал?
- Разве узнаешь. Магию свою черную применила? Хотя, не отвечай. Не хочу знать.
- Знаешь, для распорядителя, ты какой-то ранимый. Точно до конца отбора продержишься?
Ответом послужил красноречивый взгляд. Мол, он-то продержится, хотя бы для того, чтоб не продержалась я. О чем и говорила — заткни ему рот, он и взглядом изъяснит свои мысли. Благо скудные они у него.
- Не хмурься. Морщины появятся. А девушки не любят морщинистых стариков.
- Какая ты настоящая? - проигнорировав выпад, внезапно спросил мужчина.
Сердце подалось вскачь, а паника буквально приковала к месту. Смысл вопроса дошел далеко не сразу, сначала пришел безотчетный страх. Настоящая? Он меня узнал? Следил за мной? Всё подстроено? Но я сама его нашла, сама к нему навязалась. Так он знает кто я на самом деле?
- Эй, ведьма, ты чего побледнела? - снова нахмурился маг, протягивая открытую ладонь, но я отшатнулась как от прокаженного.
- О чем ты? Я самая настоящая! - выпалила так быстро, что стало ясно и дураку — я что-то скрываю.
- Твоя внешность. Рыжая или белобрысая? - раздраженно закатив глаза, пояснил прислужник.
Старалась чтобы последующий вздох не носил характер облегчения. Так вот он о чем, всего лишь. Напридумывала то себе, всё от бессонной ночи, так и усопшие начнут мерещиться.
- Рыжая, - ответила машинально, но тут же вскинулась: - А тебе какая разница, прислужник?
- Вообще никакой. Просто спросил. Даже не думал что ответишь, - насмешливо фыркнул и окатил осуждающим взглядом: - Что с девушкой?
- Жива, если ты об этом. Спит, по пробуждению ни о чем не вспомнит. Так что не волнуйся, трупы, словно хлебные крошки, за собой не оставляю.
- Замечательно. С этим разобрались. Теперь пошли, времени мало, а дел много, - и больше не смотря в мою сторону, направился за угол ратуши.
- Стой. Ты всё сделал? - в мягких туфлях подавальщицы, кое-как поспевала за резвым магом.
- Да, - ответ хоть и положительный, но меня не удовлетворил.
- А что ты сделал?
- Что просила.
- Приказала, - поправила умышленно, с удовольствием наблюдая злость на холеном лице. - Что именно сделал?
- А у тебя проблемы с памятью? Темная магия приносит вред здоровью? - развернулся так резко, что я чуть было не врезалась в него.
- Ночь слишком мало для выполнения моих нужд. Мне хочется удостовериться, что ты точно всё сделал как надо.
Смерив меня презрительным взглядом и молча неприлично долго, маг всё же ответил, уверена, прокляв меня мысленно раз сто:
- Поверь, золотые монеты творят чудеса похлеще магии.
Шли мы достаточно долго, всё дальше от центральных улиц, всё ближе к окраине. Мне не нравилось, смутные подозрения о западне, грызли нутро, но я их отмела. Прислужник не сможет причинить мне вред, наши жизни тесно связаны, даже такой простофиля как этот маг не может не знать об этом.
Мы вышли к небольшому одноэтажному дому, с виду неживому, однако не разрушенному, как обычно это бывает. У ворот стояла скромная, но добротная карета, запряженная лошадьми. Позади неё — повозка, на которой возлежал малец, гоняя во рту тростинку. Завидев нас он мигом спустился на землю, кланяясь. Тут же из кареты вышли высокий мужчина и полноватая женщина, так же склоняясь в поклоне.