Введение
Я никогда не думала, что снова окажусь в подобной ситуации. Стоя над пропастью, хватая пальцами воздух, буду пытаться устоять на незримой линии баланса.
Страх сорваться вниз всегда преследовал меня в дни, когда весь мир вокруг словно терял краски. Туманное, блеклое утро с прорезающимися сквозь пелену путаными лапами деревьев за окном. И комната, холодная и пустая, почерневшая от дефицита солнечного света.
Иногда мне казалось, что я – больше, чем просто образ в глазах других людей, но при одной мысли о том, что этот образ навсегда будет развеян… Я впадала в отчаяние. Ассоциируя себя с мыслями в чужих головах, занималась делами обыденными и не знала больше забот, чем переживать о любых пустяках. А стоило остановиться и закрыть глаза, чтобы ощутить, что грани нет. Нет обрыва, нет образа в глазах других людей – в их глазах лишь мои глаза, в которых они ищут свой образ. Наверное, иногда я бываю слишком задумчивой и отрешенной. Как и сегодня, в очередной пасмурный и туманный день.
Глава 1. Звонок.
Есть фраза, которая когда-то врезалась мне в память: «Мы являемся творцами собственной судьбы». В период моей жизни, когда я была еще подростком, она повлияла на меня так, словно горячая сковорода, прислоненная к руке. Я ощутила власть, желание, силу сделать что угодно, и спустя несколько лет – опустошенность. Осознав, что пыталась перейти болото, я свернула обратно и остановилась, явно осознавая, что за болотом что-то должно быть, но там ничего не было. Но и вокруг я не видела ничего, к чему могла бы стремиться дальше. И тогда мой путь перешел в ожидание.
Дверь машины захлопнулась, и тут же в ноздри влетел запах дыма, пыли и кожаных сидений. Обивка была потрепана местами, на резиновых ковриках блестел наполовину растаявший снег с моей обуви. Вставив наушники в уши, я оградила себя от нежелательных бесед со стороны водителя и устремила свой взгляд в окно. Иногда мне казалось, что сегодня – тот самый день, когда что-то должно измениться. Но к вечеру, возвращаясь в однокомнатную съемную квартиру, я понимала, что единственное, что изменилось – это время суток за окном.
Обгоняя легковушки и грузовые машины, «Лада» летела по трассе легко и быстро. Укрытые снегом поля спокойно спали, периодически в окне мелькали ровные лесополосы. Солнца видно не было, лишь однообразно серое небо, сравнявшееся с побеленной землей. «Ни конца, ни края» - подумала я, перебросив рюкзак со спины на колени.
В ту минуту, когда мысли уже были далеко от тела, вибрация телефона разбудила полусонное сознание, и я с удивлением осознала, что машина уже въезжает в город. Четырнадцать тридцать дня. Еще полчаса, не учитывая пробки, и я снова вернусь в те четыре стены, откуда мне так сильно хочется вырваться.
«Привет, не желаешь познакомиться?» - высветилось на экране мобильного. Мне редко пишут, а если и пишут – то сразу оказываются заблокированными. Сложно строить связи, когда не желаешь ни с кем общаться. Машина резво наскочила на кочку и салон тряхнуло. Рюкзак на коленях сработал как уверенный балласт. Конечно, я ответила отрицательно, у себя в уме, и устало вытащила наушники из ушей. От шума тоже периодически хочется отдохнуть.
В салоне такси было тихо. Запахи будто развеялись, через дребезжащие окна пробивался зимний морозный воздух. Здесь было гораздо холоднее, чем в моём родном городе, и ветренее. Мы проехали мимо нескольких автобусных остановок, и я вышла на местной автостанции, желая хоть немного сэкономить деньги и отправиться дальше на маршрутке. Сразу же меня обдало ледяным колким ветром, забравшимся под капюшон и низ куртки. Люди толпились на небольшом клочке остановки, периодически запрокидывая головы, чтобы из-под капюшона рассмотреть прибывающие автобусы, и в этой холодной обстановке, вжимая шею в плечи, я ощутила, как снова завибрировал телефон.
«Мы можем встретиться?» - снова сообщение от того же самого человека.
Улыбнувшись настойчивости, я потянулась пальцем, чтобы заблокировать очередную попытку вывести меня из себя, но вдруг увидела, что мой собеседник печатал что-то еще.
«Здесь холодно, не хочешь согреться?».
Внутри все на секунду замерло. Подняв голову, я суматошно поймала взглядом номер нужного мне автобуса и едва успела его затормозить. Колеса слегка прокрутились в рыхлом снеге, и с громким скрипом автобус распахнул двери. Внутри было тепло и людно, ни единого свободного места из сорока пяти сидячих мест – все жались друг к другу, словно близкие родственники, и никого не смущал факт подобной близости. Отброшенная протискивающимися телами к окну, я вжалась в него и снова перечитала сообщение.