В самом центре крепости я заметил свечение. Оно било снизу, пробивалось сквозь щели и разломы в камнях, будто там под землёй дышал сам мир. Красновато-золотые всполохи вспыхивали, угасали, но ни на миг не исчезали. Они били в глаза даже через туман, и от этого света исходило то самое ощущение силы, которое я чувствовал всё время пути.
Я прижался к камню и позволил себе несколько секунд наблюдения. Мысль напрашивалась сама собой: место силы. Настоящее, дикое, неподконтрольное. Но настолько охраняемое, что любая попытка прорваться внутрь обернётся самоубийством.
Я сжал зубы. В прошлые разы у меня бывало искушение рискнуть, прорваться, проверить границы. Но здесь всё выглядело иначе. Эта крепость не для того, чтобы укрыться от внешнего врага. Она для того, чтобы держать под контролем то, что внутри.
И я впервые за долгое время ясно сказал себе: нападать не буду. Вечно лезу в каждую ж... передрягу. Так и помру в расцвете лет, не оставив наследников.
Я задержался дольше, чем следовало, и заметил нечто странное. От самого сердца крепости, из того сияющего разлома, исходила тонкая линия. Она не была видимой для обычного глаза — скорее, ощущаемой. Но стоило сосредоточиться, и нить словно проступала из воздуха, дрожащая, как раскалённый в зное воздух над дорогой.
Я включил энергетическое зрение, и всё стало очевидно. Поток силы уходил из центра крепости в одном направлении, пробивая землю под ногами, растекаясь невидимой рекой. Он был настолько плотным, что даже без магии его можно было почувствовать: лёгкий толчок в груди, дрожь под подошвами.
Нить тянулась далеко, скрываясь за холмами, и я понял — это не замкнутое место силы. Оно работало на что-то большее, связанное с другими узлами. Словно жилы в теле, оно питало огромный организм.
Я прищурился, наблюдая за патрулями. Они не смотрели на эту линию — для них она была привычной, частью мира. Но я не мог отвести глаз. Вопросы роились в голове: куда уходит поток? Сколько таких мест ещё существует? И что будет, если одно из них уничтожить?
Принять решение было просто. Нападать на крепость смысла не имело. Но проследить за этой нитью я мог. Она сулила ответы, которых я давно искал.
Я отступил от склона, скрылся за туманом и двинулся вдоль невидимого потока. Каждый шаг давался легко — не потому, что дорога была удобной, а потому что сама энергия словно втягивала меня вперёд, подталкивала, направляла.
И я подчинился этому зову.
Я шёл вдоль невидимой жилы силы, и с каждым шагом ощущение становилось сильнее. Воздух вибрировал, земля будто гудела под ногами. Нить тянула меня прямо, не сворачивая, и наконец я вышел на возвышенность, откуда открылся вид, который заставил меня остановиться.
Передо мной стояла стена. Настоящая стена воды — высотой с гору, тянущаяся куда хватало глаз. Она переливалась, как зеркало, в котором отражалось небо, но её поверхность была не гладкой: волны и всплески бились о невидимую преграду и не падали вниз. Казалось, сама реальность здесь была натянута, удерживая эту массу.
Туман клубился у подножия, поднимался и смешивался с водяным паром. Иногда казалось, что стена жива: она дышит, двигается, меняет форму. Гул воды наполнял всё вокруг, но при этом не было привычного шума реки или водопада. Звук был глухим, низким, будто сердце планеты билось за этой завесой.
Я сделал несколько шагов ближе, стараясь держаться в тени. Чем ближе подходил, тем сильнее чувствовалось давление. Оно било по коже, по глазам, по сознанию. Места силы, которые я видел раньше, были точками — здесь же передо мной возвышался сам механизм мира.
Атмосфера величия навалилась всем весом. Эта стена не была барьером случайности. Она выглядела как граница, созданная намеренно. Но кем? И зачем?
В груди щемило чувство опасности. Я понял: шаг вперёд может обернуться смертью. Но отвести взгляд было невозможно. Я впервые за долгое время ощутил себя маленьким — не перед богами или врагами, а перед самой силой, которая удерживала этот мир на месте.
Я вглядывался в переливающуюся гладь, и вдруг внутри неё что-то пошевелилось. Сначала я решил, что это обман зрения: игра волн, сгусток тумана или отражение. Но затем движение повторилось, уже яснее. Огромная тень прошла по ту сторону, медленно и неуклюже, как будто каждое её движение отдавало ударом по самой воде.