Командиры не ответили сразу. Один слегка повернул голову, другой вскинул плечи, издав короткий рычащий звук. В их движениях не было покорности — лишь осторожная пауза, обмен взглядами. Они явно советовались без слов, решая: принять ли чужой приказ или усомниться в нём.
Я стоял, не двигаясь, сохраняя позу, в которой было и требование, и ожидание. Только внутри сердце билось чаще обычного: поверят — или нет.
Командиры замерли а потом почти синхронно склонили головы. В этом жесте не было колебания — будто какая-то чужая воля прошла сквозь них и подтвердила мои слова. За ними дрогнула и вся армия: ряды начали разворачиваться, тяжело и чётко, словно единый организм. Колонны вытянулись в туман, уходя в обход к южному подъёму на материк.
Гул шагов заполнил пространство, перекрывая всё остальное. Я стоял в стороне, позволяя себе просто наблюдать. На пару секунд меня накрыла лёгкая волна облегчения: маска сработала, голос демона оказался убедителен, и никто не решился усомниться.
Но вместе с этим в груди отозвалось другое чувство. Словно где-то внутри щёлкнул тихий механизм — напоминание: любое решение тянет за собой последствия. Сделать шаг вперёд оказалось проще, чем я ожидал. Вот только отступить, если что-то пойдёт не так, будет во много раз труднее.
Я задержал взгляд на первых рядах армии. Их силуэты выделялись даже без энергетического зрения, но стоило чуть глубже прислушаться — и в груди закололо от ощущения мощи. Внутри этих тварей пульсировали ядра пятой ступени, плотные, горячие, будто тёмные факелы. Они светились так ярко, что я едва удерживался, чтобы не шагнуть вперёд.
Мелькнула мысль: вырезать эти ядра, забрать силу себе. Сколько проблем это бы решило? Несколько таких трофеев могли бы переломить ход борьбы, стать оружием против самих хозяев. Я даже на секунду представил, как держу их в руках, как сила вливается в моё ядро и расширяет его до предела. Ну или взорвать всех к чёртовой бабушке.
Но следом накатила холодная волна рассудка. Чтобы добраться до командиров, нужно было бы вырезать всю эту армию, тысячи туманников, что сейчас склоняются при виде моего облика. И кто знает, как они отреагируют, если «хозяин» вдруг начнёт убивать своих же в открытую? Может, примут как должное. А может, сожмутся в единый кулак и обрушатся на меня, не разбирая.
Я поймал себя на том, что сердце бьётся чаще, чем должно. Маска держала моё лицо спокойным, чужим, но внутри я знал — это был соблазн. И слишком опасный, чтобы поддаваться.
Не слишком ли я стал кровожаден?
Я позволил себе короткую фантазию. Вот я вырываю ядро из груди одного из командиров, потом второго. Их армия остаётся без головы, рушится порядок, превращается в толпу. А у меня в руках два сияющих факела, готовых влиться в моё ядро и умножить его силу. С этими ресурсами я смог бы противопоставить что-то даже хозяевам, вывернуть против них их же оружие.
Картина была до обидного соблазнительной. Армия — повержена, я — сильнее, шаг к равновесию восстановлен. Но чем дольше я держал этот образ в голове, тем сильнее нарастало отвращение. Это не был расчёт, это была жажда крови, тихое удовольствие от чужой смерти.
Я сжал кулаки, пытаясь раздавить эту мысль. Не слишком ли я стал кровожадным? Ещё недавно такие рассуждения показались бы безумием. Теперь же они приходили сами, и я лишь отгонял их, как назойливых мух.
Маска скрывала мои сомнения, оставляя на поверхности лишь спокойное, демоническое выражение. Но за ней я прекрасно чувствовал, как легко могу скатиться туда, где нет ни человечности, ни выбора, только голод силы.
Я поднял взгляд на колонны, уходящие в туман. Шаги армии вернули меня в реальность. Пока они маршируют, мне нельзя поддаваться таким соблазнам.
Армия уже полностью перестроилась и теперь тянулась в западном направлении. Длинная колонна уходила в туман, звуки шагов накатывали ритмично, будто удары сердца гигантского зверя. Никакой хаотичности — всё выглядело так, словно каждое движение заранее отработано. Даже повороты шли синхронно: ряды расходились и снова смыкались, будто это была не стая тварей, а вымуштрованное войско.
Я наблюдал, как авангард уходит вперёд, за ним следуют группы поддержки, замыкают строй тяжёлые фигуры с массивным оружием. У каждого отряда — своя роль. Всё это не оставляло сомнений: они готовились к большому манёвру.
Маршрут был очевиден. Обход вёл к подъёму на материк. Я почти видел карту — линии движения армии и линии движения Артура с изгнанниками. Они шли тем же направлением, только другим маршрутом, чуть выше, по первой ступени. И если бы всё продолжилось так, их пути могли пересечься вблизи стены.