– Любимый, у нас будет ребёнок.
И тут произошло, то, что я вообще никак не ожидала, он отстранился, сразу изменившись в лице, а через миг размахнулся и ударил меня по щеке, да с такой силы, что я чуть не потеряла голову, услышав звон в ушах.
– Шлюха! Мерзкая бл*дь! Кто он? – муж схватил меня за грудки и начал трясти. – Говори, или я разорву тебя на части прямо здесь и сейчас, выдрав твоего ублюдка голыми руками!
– Милослав… я люблю тебя.
– Говори! Я полностью обследовался после Тибета ещё год назад. После травмы не могу иметь детей. Тобгял исцелил мои ноги, но не всё, так как он не бог. С кем ты изменила мне?
У меня не шевелился язык. Я уже боялась не за себя, а за верного «Бульдога» Варина. И это молчание меня почти убило. У Милослава случился приступ ярости, он начал бить меня без остановки. В какой–то миг мне показалось, что я умру прямо тут на нашей постели, заливая её кровью из носа. Я уже не могла вздохнуть, его кулаки избивали меня, как грушу. И когда я почувствовала, как ломается одно из моих рёбер, увидела сквозь пелену, влетающего Варина. Он схватил мужа за плечи и отбросил в стену. Тот ударился головой и упал на пол. Я не могла ни говорить, ни толком дышать. Варин аккуратно взял меня на руки и вынес из комнаты, пронёс мимо Ромина, который увидев то месиво, что было вместо меня, подхватил из рук друга и побежал во двор, Варин за ним, после вывез Мерс босса из гаража, и Ромин, уложив меня на заднее сиденье, прыгнул в пассажирское кресло.
Варин помчался к нашему семейному врачу.
– За что? – пробасил он, обращаясь ко мне, глядя в зеркало заднего вида.
– Милослав не может иметь детей, – процедила я, держась за бок, с треснутым ребром.
– Ты сказала ему, что беременна?
– Откуда ты знаешь?
– Мне снился этот сон всегда, когда мы летали в Тибет.
– Какой?
– Наш сын будет монахом, и жить там как Тобгял.
– Чей сын? – наконец Ромин подал голос.
– Мой с Радой.
Его глаза полезли на лоб.
– Вы? Вы?
– Не заикайся, мы переспали впервые в прошлой поездке, и Рада сразу зачала, судя по всему.
Ромин нервно закурил.
– Выбрось.
– Чего?
– Раде нельзя дышать дымом.
– Так она после таких побоев может скинуть ребёнка, – он открыл окно и выбросил сигарету.
– Не скинет, он родится. Сейчас она останется у их врача. Он подлечит её, и мы улетим в Тибет. Наш мир там.
Я молчала, превозмогая боль во всём теле.
– Ты с нами?
– Да, но… а как же твоя Ленка?
– Просто скидывал с ней пар. Раду я люблю уже очень давно.
Мы подъехали к дому врача. Варин набрал его.
– Ян Васильевич?
– Да, слушаю вас.
– Это Варин и Ромин, мы привезли Раду Валерьевну, чтобы вы подлечили её.
– А что с ней? – в голосе врача послышалось беспокойство.
– Это не телефонный разговор, откройте ворота и мы въедем.
Мы въехали во двор, здесь также красиво, как и во всех элитных домах этого района богатеев. Я была тут не раз, но сейчас меня не могло что–то радовать: я задыхалась от боли, боясь даже вдохнуть. Варин аккуратно вытащил меня из машины и понёс к входу. Врач, когда увидел всё у себя в мониторе, выскочил, как ошпаренный.
– Что с Радой Валерьевной? Автокатастрофа?
– Её избил муж и… она беременна.
– Несите в мой кабинет, скорее, – он побежал впереди, открывая двери перед нами. Варин занёс меня и осторожно уложил на кушетку.
– Выйдите.
Парни вышли и направились во двор, нервно топчась под деревьями, ожидая выхода врача.
Он осмотрел меня, прошёл синяки и ссадины антисептиком, от которого я поморщилась.
– Всё это заживёт быстро, я буду накладывать дважды в день повязки со «спасателем», главное, плод не пострадал, а вот с ребром вам придётся либо лечь в стационар на пару месяцев, либо остаться у меня.
– Я останусь и за всё заплачу.
– Я так понимаю, после того, что произошло, вы не хотите, чтобы Милослав Георгиевич знал, где вы?
Я кивнула.
– Ладно, тогда отдыхайте. Я напишу все, что надо купить вашим охранникам и передам им привезти ваши вещи на это время.
Он передал всё парням и те сразу отправились в аптеку, а после домой к Милославу. Варин настороженно зашёл, но одно то, что их пропустили на проходной, говорило о том, что насчёт них ещё не поступало никаких приказаний.
– Босса забрали на скорой.
– Что случилось? – Варин сделал вид, что ничего не знает.