— Мы можем нанести удар, сэр. Тактическим боеприпасом. Но мы не знаем, с чем имеем дело. Мы не знаем, какой будет реакция. Это может вызвать неконтролируемый рост. Или выброс чего-то ещё более худшего. Это всё равно что стрелять в потемках по газовому баллону.
Президент медленно перевёл взгляд на доктора Рид.
— Эвелин? Что говорит наука?
Женщина вздрогнула, словно её вырвали из мрачных размышлений. Она сняла очки и устало потёрла переносицу.
— Наука молчит, господин Президент. Вернее, она кричит о том, что этого не может быть. Отчёты доктора Торна и данные, которые мы получаем дистанционно, это научный нонсенс. Это не туман, не газ, не плазма. Это… ничто. Пустота, которая обладает свойствами. Температура внутри аномалии продолжает падать. По последним замерам, она достигла минус ста семидесяти по Цельсию. При этом приборы, опять же, показывают наличие обычного воздуха, азот, кислород. Это грубое, фундаментальное нарушение второго закона термодинамики. Это как если бы вы зажгли спичку, а она начала бы поглощать тепло, замораживая всё вокруг.
Женщина сделала паузу, чтобы перевести дух.
— Мы фиксируем инфразвук на частотах, которые должны вызывать у людей панику и тошноту, но те, кто был рядом, сообщали лишь о «странном давящем чувстве». Магнитное поле ведёт себя так, будто в центре аномалии находится объект с массой небольшой луны, но гравитационных искажений нет. Это… Это дыра в реальности, сэр. «Слепое пятно», где известные нам законы физики просто не работают. Это потенциальная экзистенциальная угроза, и у нас нет ни единой рабочей гипотезы о её происхождении.
— Роберт, — повернулся к советнику по нацбезопасности глава государства. — Какова ситуация «на земле»?
Кармайкл сложил руки на животе.
— Ситуация паршивая, сэр, и становится хуже с каждым часом. Видео с теми двумя блогерами утекло в сеть. Оно уже по всему миру. Паника нарастает. Периметр осаждают тысячи людей. Там уже образовался стихийный лагерь. Стримеры, сектанты, просто зеваки. Какой-то тип по имени Лео «Искатель» уже объявил себя пророком «новой эры» и собирает последователей. Возник чёрный рынок. Продают воду, еду, места для парковки. Произошло несколько драк со смертельным исходом. Шериф на месте еле справляется. Мои люди докладывают, что китайские и российские спутники-шпионы висят над Монтаной круглосуточно. Весь мир смотрит на нас. И ждёт, что мы будем делать.
Президент откинулся на спинку кресла и закрыл глаза. В кабинете снова повисла тишина, нарушаемая лишь тихим гулом кондиционера. Он, самый могущественный человек на планете, командующий самой сильной армией и самой передовой наукой, чувствовал себя абсолютно беспомощным. У него не было врага, в которого можно выстрелить. У него не было проблемы, которую можно было бы решить деньгами или приказом. Перед ним имелась лишь холодная, безразличная пустота, выросшая на кукурузном поле в сердце его страны.
— Значит, так, — наконец сказал он, открывая глаза. — Первое. Марк, усилить периметр вдвое. Никто, я повторяю, никто не должен больше к нему приближаться. Применять силу, если потребуется. Развернуть полевые госпитали и фильтрационные пункты для гражданских. Нам нужно взять под контроль хаос.
— Будет исполнено, сэр.
— Второе. Эвелин, соберите лучших. Физиков, математиков, астробиологов. Дайте им всё, что они попросят. Любые ресурсы. Мне не нужны теории, мне нужны варианты. Пусть работают круглосуточно.
— Они уже работают, господин Президент.
— Третье. Роберт, полный информационный локдаун. Классифицировать всё, что связано с «Завесой», как высший уровень государственной тайны. Взять под контроль сотовую связь и интернет в радиусе ста миль. Мне плевать на первую поправку. Мы не можем допустить массовой истерии по всей стране.
— Это будет сложно, сэр. Практически невозможно в наше время.
— Сделайте это возможным, Роберт, — отрезал Президент. — Для этого я вас и держу.
Он встал и подошёл медленно к окну, глядя на ночной Вашингтон. Огни города казались далёкими и нереальными.
— А пока… Пока мы ждём. Мы наблюдаем. И молимся, чтобы эта дрянь не начала расти быстрее.
Никто не понимал, что это такое. Откуда оно взялось и, самое главное, что с этим делать. Мир, каким они его знали, только что сделал резкий, пугающий крен в сторону Неизведанного. И это было только начало.
Глава 3