Возмущение и злость настолько поглотили меня, что я не сразу расслышала слова Екатерины Петровны.
– И как же вы видите исполнение этих самых обязанностей, когда она будет единственной барышней во всём вашем госпитале? Как вы собираетесь обеспечить защиту её репутации? Её доброго имени?
– Госпожа Гурская, я поставлен блюсти здоровье вверенных мне солдат и офицеров Его Императорского Величества, а не честь губернских барышень. Увы, у меня есть прямое указание начальства, которое я не смею нарушить. Вы же знали все эти условия ещё в Петербурге, чем же вы недовольны сейчас? В ваших силах было оспорить его там.
– Есть ли какой-либо запрет на сопровождение госпожи баронессы? – раздался за моей спиной голос Павла Матвеевича.
– Вы хотите, чтобы за ней целый штат нянек шествовал по госпиталю? – спросил майор язвительно.
– Ну, зачем же нянек. Насколько мне известно, мадмуазель Луизе предлагали наладить в больнице работу младшего медицинского персонала, – «провидец» с вопросительным взглядом повернулся к вице-губернатору. Тот усиленно закивал головой. – Думаю, будет возможно организовать несколько барышень-мещанок, готовых обучаться у госпожи баронессы. Так мы обеспечим ей не пустое сопровождение, а создадим «образовательный процесс». Думаю, это будет хорошим решением вопроса.
Вокруг все согласно загомонили. Больше всех такому простому и элегантному решению радовался, как ни странно, господин Исупов. Аким Петрович довольно серьёзно отнёсся к своему покровительству и сильно за меня переживал.
Немного подумав, Семён Матвеевич признал подобное предложение вполне разумным.
– Но надеюсь, вы освободите барышню от ночных дежурств. Я слышал, все ваши врачи делают это вне зависимости от чинов.
Как оказалось, Витольд Христианович тоже был тут. Привлечённый нашей колоритной компанией, он решил тихо присоединиться, подняв вопрос, о котором мы даже не вспомнили, оглушенные первым отказом.
Увидев направленные на него воинственные взгляды, майор рассмеялся и сообщил:
– На этот счёт распоряжений не поступало, так что я думаю, мы можем сделать для госпожи баронессы исключение, предоставив ей в этом вопросе снисхождение.
Раздался всеобщий вздох облегчения. Воспользовавшись возможностью, господин Сушинский заговорил с губернатором о каких-то продовольственных закупках, и мы поспешили отойти, дабы, не ровен час, не оказаться замешанными в этих «войнах».
– Я тут имел возможность пообщаться с несколькими офицерами из госпиталя, – сказал Павел Матвеевич, когда мы достаточно удалились, – такое послушание указаниям из столицы имеет под собой довольно весомые основания. Оказывается, майор protégé95 Якова Васильевича. Они познакомились под Аустерлицем96, где Виллие лицезрел Семёна Матвеевича так сказать «в деле». Потом он оперировал вместе с ним на полях некоторых сражений. И с тех пор лейб-хирург старательно продвигал своего ставленника. Так что господин Сушинский будет чётко придерживаться поставленных ему задач.
– Теперь понятна такая перемена, – важно сказала «бабушка», придерживая ягнёнка, уже уставшего от всего этого гама, и напуганного таким количеством людей.
– С другой стороны, это весьма полезно, – произнёс господин Рубановский, с намёком посмотрев на меня, – мадмуазель Луиза получит разнообразный хирургический опыт при лечении раненых.
– Но зачем ей это? – возмутилась Екатерина Петровна, – я не говорю, что ей нужно пользовать одних рожениц, но и другие болезни имеются в наличие.
– Кстати, по поводу рожениц, – встрепенулся Витольд Христианович, – у нас в повивальном доме одна сложная пациентка, я бы хотел, чтобы баронесса её осмотрела.
– Но я же не смогу разорваться и быть в двух больницах одновременно. И боюсь, господин майор не допустит превратить военный госпиталь в родильный дом, – ответила, с сожалением.
Я уже пропустила несколько танцев, пока общалась с губернатором, и записанные партнёры поостереглись настаивать на них в его присутствии. Но сейчас послышались первые такты вальса, и господин Рубановский с улыбкой предложил мне руку.
Думала, мы просто потанцуем, но оказалось у «провидца» для меня была небольшая просьба.
– Вы могли бы помочь мне Ан… баронесса, мне нужно будет ненадолго отлучиться. Но в любом случае, я бы просил вас об одолжении. Так как не хотел бы, чтобы меня видели с этим человеком.
– И чем же я могу помочь вам?
– Я должен передать кое-какие деньги и бумаги одному господину. Тайно встречаться он не хочет, а я бы не хотел, чтобы нас могли как-то связать. Уверяю вас, в бумагах нет ничего криминального или политического, а деньги… они даже не банальная взятка. – Павел Матвеевич говорил так уверенно и совершенно хладнокровно, как будто в этом не было чего-то предосудительного…, и я согласилась.
96
Битва под Аустерлицем (20 ноября (2 декабря) 1805 года) – решающее сражение французской армии против армий третьей анти наполеоновской коалиции. Вошло в историю как «битва трёх императоров», поскольку против армии императора Наполеона I сражались армии императоров австрийского Франца II и русского Александра I. Союзные войска потеряли до 27 тысяч человек, причём большую часть 21 тысяч – русские. Потери французов, по разным данным, составили 9-12 тысяч человек. После этой битвы австрийский император Франц заявил Александру о том, что продолжать борьбу бессмысленно. Результатом сражения стал выход из войны Австрии и распад Третьей антифранцузской коалиции европейских держав. Поражение под Аустерлицем произвело большое впечатление на русскую общественность, считавшую русскую армию непобедимой со времён Нарвского сражения.