Машина еще не успела отъехать, как появилась полиция во главе с моим батей. Ебаный стыд, что сейчас будет…
— Белла! — закричал отец, увидев меня на носилках.
— Все нормально. — ответила я.
Словно не веря моим словам, отец бросился расспрашивать врачей, а я воспользовавшись случаем, попробовала найти объяснение, всей той херне, что сейчас произошла. Когда санитары подняли меня на носилки, я ясно увидела на бампере машины Тайлера вмятину, напоминавшую форму плеч. А вот и семья Эдварда… Они наблюдали за происходящим издалека, лица некоторых перекосились от ярости. Они что, совсем за брата не переживают? Наверняка у всего этого есть логичное объяснение и, надеюсь, оно не заключается в том, что я сошла с ума. Скорая помощь с полицейским эскортом примчалась прямиком в центральную городскую больницу. Было страшно неловко, когда меня как последнюю идиотку на носилках выгружали на улицу. Рыжий тем временем выскочил из машины и по-хозяйски вошел в здание больницы словно к себе домой. Меня же прикатили в процедурную — длинную комнату с несколькими койками, окруженными полупрозрачными занавесками-ширмами. Медсестра измерила мне давление и поставила градусник. Задернуть пластиковый занавес никто не удосужился и, окончательно разозлившись, я расстегнула липучку и бросила «ошейник» под койку. Потянувшись за телефоном, лежащим в заднем кармане, я с ужасом нащупала сеть трещин. Телефон был погнут, экран даже не загорелся.
Медсестры засуетились, и через минуту к соседней койке принесли еще одни носилки. На них лежал Тайлер Кроули с окровавленной повязкой на голове. Выглядел он ужасно, даже хуже, чем мой многострадальный телефон. Вот уж кто знает о клубе любителей снега не понаслышке.
— Белла, я так виноват…
— Забей, сам как?
Пока мы разговаривали, медсестры снимали повязку, за которой скрывались десятки ссадин на лбу и левой щеке.
— Я думал, что убью тебя. — причитал Кроули. — Ехал слишком быстро, и фургон занесло…
Медсестра начала промывать ему ссадины, он поморщился и ненадолго затих.
— Ты меня не задел. — сказала я, все еще пытаясь осознать тот факт, что я осталась без телефона.
— Как ты смогла так быстро уйти с дороги? Ты стояла у пикапа, а через секунду исчезла.
— Меня Эдвард толкнул.
— Кто?
— Ну этот рыжий, он стоял рядом.
Я больше злилась, чем думала о том, насколько убедительно получалось врать.
— Каллен? Я его не заметил, ну и скорость, как он?
Вынырнув из пучины скорби по своему мобильному другу, я снова начала задаваться вопросами.
— Да в порядке он, хотя тоже в больнице.
Я ведь не сумасшедшая, галлюцинациями не страдаю. Голова, конечно, все еще болела, но я и не в такое вляпывалась. Себя уважать перестану, но ответы из него вытрясу.
Мне сделали рентген головного мозга. Говорила же я медсестрам, что со мной все в порядке, так оно и оказалось. Никакого сотрясения. Однако свалить мне не разрешили, сославшись на то, что меня еще должен осмотреть доктор. Итак, я застряла в процедурной. Тайлер задрал извиняться. Я ему несколько, сука, раз сказала, что я на него не злюсь, а он все продолжал ныть. Я бы послушала музыку в наушниках, да вот ведь незадача — телефон воскресать из мертвых что-то не спешил. Наконец меня это окончательно заебало, и я просто закрыла глаза.
— Она спит? — произнес знакомый голос, и я тут же открыла глаза.
У моей койки, самодовольно улыбаясь, стоял Эдвард. Хотелось показать, как сильно я злюсь, но, будем честны, выглядела я жалко.
— Послушай, Эдвард, мне очень жаль… — начал Тайлер.
Отлично, пусть теперь ему мозг выносит. Но злорадствовала я недолго, Эдвард просто поднял руку, призывая его к тишине, и тот сразу же заткнулся. Ну как так-то?
— А где же кровь? — с притворным сожалением спросил рыжий и засмеялся, сверкнув своими белыми зубами.
Шутки его, если это была она, я не поняла. Эдвард присел на койку Тайлера, однако повернулся ко мне.
— Каков диагноз? — спросил он.
— Со мной все в порядке, но уйти не разрешают. — пожаловалась я. — слушай, а почему тебя не положили с нами?
— Все дело в связях и личном обаянии!
Да, конечно, веселись, ответы я из тебя все равно вытрясу. Тут в процедурную вошел доктор, и я испугалась, что мою челюсть придется искать на полу. Этому светловолосому красавцу только дать брендовую сумочку, да выпнуть на подиум, и никто не заметит подвоха. Он был таким же бледным как Эдвард, да и круги под глазами, похоже, были визитной карточкой всей их семейки. Как выглядит местная Мартиша, мне даже страшно было представить. Если увижу ее, то наверняка умру от передозировки красотой.
— Итак, мисс Свон, как вы себя чувствуете? — спросил доктор Каллен.