Глава 11. Дерьмо зловещих звёзд
Естественно, когда мы вместе появились в классе, все смотрели на нас разинув рты. Едва подавив в себе желание начать шутить тупые шутки, я споткнулась и упала бы, если бы Рыжий меня не поддержал.
— Белла… — устало пробормотал он, но продолжать не стал.
Я хмыкнула — сам знал, с кем связался. Как ни странно, на этот раз он даже не пытался от меня отодвинуться. Прогресс, чертов прогресс…
Прозвенел звонок, и вошел мистер Беннер, толкая перед собой небольшой металлический столик на колесиках, а на нем древний как прическа Рыжего телевизор и видеомагнитофон. Сказать, что весь класс охренел от радости, это не сказать ничего. Следующей темой в программе по биологии шла генетика, и в качестве прелюдии к теме «Генетические расстройства» мистер Беннер собирался нам поставить «Масло Лоренцо». Да, далеко не комедия, но все же лучше, чем подыхать от скуки на лекции. Хотя и этот фильм я уже смотрела, так что все равно приготовилась скучать.
Вставляя кассету в магнитофон, Беннер вкратце рассказал о фильме и попросил выключить свет.
Когда в классе стало темно, в мою истерзанную недосыпами голову вдруг вдарила мысль, что Рыжий сидит всего в нескольких сантиметрах от меня. По телу прошел электрический разряд, и я почувствовала себя чудовищем Франкенштейна, которого за каким-то хреном вернули к жизни. Я посмотрела на лицо своего безумного ученого, и мне вдруг страшно захотелось коснуться его руки или хотя бы пнуть для верности, чтобы паршивец понял, что натворил. Всего лишь раз, в темноте все равно никто не увидит… Чтобы не поддаваться порыву, я скрестила руки на груди и сжала кулаки. Мда, Белла, крыша-то уже начала отъезжать…
На экране появились титры, и в классе стало чуть светлее. Мои глаза, словно обладая собственной волей, тут же начали разглядывать соседа. Он сидел словно нахохлившийся воробей, попавший под дождь. Я не смогла сдержать улыбки, и стало чуть легче. Фильм тянулся бесконечно долго. На этот раз мне было глубоко плевать на проблемы героев Ника Нолти и Сьюзен Сарандон, хотя при первом просмотре позорно рыдала как тварь. Безуспешно пытаясь расслабиться, я начала водить ручкой по тетради в надежде на то, что это поможет. Время от времени я поглядывала вбок и видела, что Рыжий сидит с закрытыми глазами, словно решил вздремнуть. Раскрытая ладонь, чуть светившаяся в темноте, была похожа на капкан. Пальцы онемели, и я начала разминать руки. Вздохнуть с облегчением получилось только, когда мистер Беннер включил свет. Эдвард раскрыл глаза и посмотрел на мой рисунок. Фрагмент «Сотворения Адама», изображающий руки, и правда вышел не столь позорным как это обычно у меня бывает.
— Почти коснулся. — сказал он.
— Ага, главное, чтобы жалеть не пришлось.
— Адаму?
— Богу.
Тетрадь полетела на дно сумки. Из-за парты я выбиралась осторожно, чтобы ненароком не потерять равновесие. Рыжий проводил меня до спортзала и остановился, чтобы попрощаться. Выглядел он еще более сонным чем обычно.
— Иди кофе что ли выпей… А, ну да, или что покрепче. — сказала я.
— Спасибо.
Он поднял руку, и о, чудо, протянул ее мне. Не веря своему счастью, я осторожно ее пожала, и тут же спрятала свою в карман. Не сказав ни слова, Рыжий быстро слинял, а я поплелась в раздевалку. Пора было возвращаться к суровой реальности. Мрачно разглядывая протянутую мне ракетку, я неуверенно взмахнула ей и тут же зацепилась за волосы какой-то девушки, проходившей мимо. Физрук велел разбиться на команды, и я тут же осталась в одиночестве. Впрочем, винить в этом можно было только себя. Но тут пришел на помощь Майк, и проблема была решена.
— Хочешь играть на моей стороне?
— А не боишься?
— Не до того будет, мне же играть за двоих. — заверил он.
Да, хоть я и старалась не мешать парню, но тут же подошел физрук и велел мне «проявлять побольше активности». Мало того, этот хрен решил остаться, чтобы посмотреть, выполняю ли я его указания. Не на шутку разозлившись, я встала на место. Девушка, играющая на другой стороне, усмехнулась. По-моему, именно ее я несколько раз сбивала на баскетболе. Подала она прямо на меня, причем так, что волан упал у самой сетки. Я бросилась вперед, твердо решив, что уж сейчас-то не опозорюсь, но у жизни были на меня другие планы. Да, я совершенно забыла о сетке.
Ракетка отскочила от нее и, вылетев из рук, засветила мне прямо по лбу, а затем ударила по плечу Майка, подбежавшего, чтобы мне помочь.
Физрук кашлянул, чтобы сдержать смех, но остальные веселились во всю. Я развернулась и сделала реверанс, словно актриса после спектакля, стараясь не сильно морщится от боли.
— Бедный Ньютон. — пробормотал физрук и направился к другой площадке, чтобы я могла избежать дальнейшего участия в игре.
— Ты как? — спросил Майк, массируя плечо.
— Живее всех живых, а ты?
— Отлично.
Он покрутил рукой и тут же зашипел от боли, но несмотря на мои уверения, что надо показаться врачу, он наотрез отказался идти в медпункт.
Остаток урока прошел без происшествий. Физрук подходил к нам еще несколько раз, но тактично делал вид, что ничего не замечает. Майк играл отлично и без меня и даже умудрился выиграть, с чем я его и поздравила.
— Итак… — многозначительно начал он, когда мы шли с корта.
— Чё?
— Белла плюс Эдвард?
— Белла плюс криворукость. — попыталась отшутиться я.
Увы, золотая мудрость гласила, что если человек решил до тебя доебаться, то никакие намеки его не остановят.
— Мне это не нравится. — заявил он.
— Да мне тоже, но не пришивать же новые!
— Белла, я серьезно.
— Да и я тоже не шутки шучу.
Майк притормозил, словно набираясь храбрости, и вновь ринулся в бой.
— Он смотрит на тебя так… Так, будто хочет съесть! — выпалил он.
Взрыв истеричного хохота мне еще удалось кое-как подавить, но вот от моего чувства юмора Ньютона уже никто не уберег.
— Кому-то надо меньше фанфиков про Ганнибала читать. — наставительно произнесла я, и ретировалась в раздевалку, пока совесть не успела меня догнать и как следует отпинать за столь деградантские шутки.