Преследование длится часами. Лапы гудят, я их практически перестаю чувствовать. Черный впереди меня начинает сдавать – и я с упоением это понимаю, когда расстояние между нами сокращается до метра. Чуть прибавь – и вот его хвост у тебя во рту. Меня захлестывает эйфория. Я даже не верю, что моих сил хватило для погони за взрослым черным волком. Собираю все свои силы в кулак и делаю единственный прыжок вперед, который точно не смогу повторить в ближайшее время.
Смыкаю пасть на задней ноге – раздаются хруст и вопль волка, который падает на бок и пропахиевает своим телом рыхлый снег. Я быстро оббегаю противника и замечаю, что на его морде пена, но теряюсь ни секунды и тянусь к его шее, но мои зуб хватают лишь воздух. Противник отскакивает в сторону и отступает к ручью. Я делаю еще пару прыжков, но безрезультатно. Черный волк даже с ранением конечности достаточно быстрый и ловкий, но я упрямо продолжаю кружить вокруг своей жертвы. И через долгие часы борьбы вымотанные и уставшие мы уже практически лежим на снегу. Черный превращается в человека: всё его тело в кровоподтеках и ссадинах, нога сломана, на лице едва видна кожа.
- Сука. Какая де ты упрямая, - хрипит он и ударяет меня наотмашь по морде, не давая подобраться к себе. Я издаю рык, сглатывая кровь в разбитом рту, и хватаю мужчину за руку, ломая сначала пальцы, а затем и плечевую кость под яростный крик боли.
Второй раз мужчина хватает меня единственной здоровой рукой за ухо и отрывает его так сильно, что оно висит как тряпка на голове. Я скулю от боли и сжимаюсь.
- То-то же, сука, ты такая сильная, что смогла бы стать парой нашему главарю, но останешься защищать и в итоге сдохнешь как псина за свой слабый клан и глупого Обри, - слабо выдает мужчина, задыхаясь от боли.
Слышу позади шаги моего клана. Их запах усиливается по мере того, как они ко мне приближаются. Я смотрю на свободную руку оборотня – и впиваюсь в нее, отрывая руку из сустава и отбрасывая ее в сторону. Взгляд оборотня начинает меркнуть, он уже ничего не говорит и не сопротивляется. Я подхожу к его шее и вгрызаюсь в нее, перебивая позвонки и отделяя голову от тела.
Поворачиваюсь к лесу, откуда выходят Обри, Гавран и Харрас с молодняком, и падаю на снег на бок.
- Боги, что это?
- Она убила черного? – раздаются голоса молодняка.
Обри и Харрас быстро направляются ко мне, но волчица не хочет этого. Я оскаливаюсь и неуклюже поднимаюсь на ноги. Из моей пасти сочится кровь и яростный рык.
Обри останавливается и вытягивает руки вперед.
- Шшшш, - начинает успокаивать меня он, - мы не причиним тебе вреда.
Харрас начинает подходить к обезглавленному телу, но я делаю рывок в его сторону – и парень делает шаг назад.
- Не подходи к телу, Харрас, она не даст тебе его тронуть, - уверенно говорит Обри, глядя в мои глаза. – Мы идем в лагерь, следуй за нами.
Харрас поворачивается ко мне и тянет руку к моему уху, которое болтается на куске кожи. Я делаю еще один выпад и щелкаю зубами. Харрас не испуган, но делает шаг назад.
- Она вся в крови, отец. Мы же должны что-то сделать, - непонимание сквозит в голосе парня.
- Пока нет. Нужно дать ей время, - говорит Обри и, бросив на меня последний взгляд, идет мимо группы молодняка в лес.
Я жду, пока все, включая Харраса, уйдут вперед, беру с собой голову убитого черного оборотня и ковыляю за всеми. Теперь, когда адреналин прекращает свое действие, боль пронзает каждый участок моего тела. Оказывается, ран у меня больше, чем оторванное ухо. Мы идем пару часов, пока в нос не ударяет запах мяса, шкур и множества волков. Еще через десяток метров мы подходим к небольшой пещере, пол которой усыпан шкурами, на которых лежат волки.
Все заходят внутрь, искоса и опасливо поглядывая на меня. Никто больше презрительно не смотрит на меня, не издевается – теперь все боятся. И эффект тот же – никто не стал уважать меня больше. И обида горькой каплей разливается во мне. Я подхожу с головой к дереву, кладу ее рядом с собой и начинаю копать яму, чтобы создать иллюзию морозильной камеры. Позади меня раздаются десятки любопытных шепотков. Всем я интересна как диковинная зверюшка. Когда голова оказывается зарыта под слоем снега, я нахожу себе небольшое углубление рядом с пещерой и мхом – и забираюсь туда, вытягивая лапы издавая облегченный выдох, когда тело наконец-то полностью расслабляется.