В какой-то момент Мира не смогла совладать с собой и громко заревела, крича от страха. Софи подтянула руку Арины к своей талии и произнесла шёпотом: – Держись за меня крепко, меня охраняет душа, – а сама обеими руками пыталась удержать Миру, которую из-за её криков что-то начало топить и утаскивать в сторону от них. Цепляясь руками за подругу, Софи до последнего пыталась удержать её, но так и не смогла.
– Не двигайтесь, молчите, как бы страшно вам ни было, – снова сказал голос.
– Молчи, Арина, пожалуйста, – шёпотом просила Софи.
Это что-то ещё некоторое время кружило вокруг девочек, оно чувствовало, что они есть, но не могло понять где. Так как те молчали и не шевелились, не давая о себе знать. Позже всё затихло, в воде стало спокойно.
– Продолжим путь, они уплыли, – сказал голос.
– Мы можем идти, – сказала Софи, медленно поворачиваясь к Арине, всё еще боясь двигаться. Арина стояла неподвижно и лишь слегка всхлипывала.
– Ты плачешь, – дрожащим голосом спросила Софи, пытаясь руками дотронуться до лица подруги, чтобы вытереть слезы. Арина продолжала молчать, она не могла ничего ответить. В её груди всё сжималось так, что если она произнесет хоть слово, то начнет реветь в голос и успокоить её будет уже сложно.
– Я не смогла её удержать, – тихо произнесла Софи. – Не смогла... Они были сильнее нас и в какой-то момент её руки выскользнули из моих. С этими словами Софи тоже заплакала, обнимая Арину. – Нам нужно идти, пойдём, голос говорит, что здесь нельзя оставаться.
Взяв Арину за руку, она повела её вперёд, туда, куда указывал ей голос. Через небольшой промежуток времени девочки выбрались из воды, ощутив на себе холодный воздух. Согреваться было негде и нечем, обе дрожали всем телом и продолжали двигаться.
– Я уже не хочу никуда идти, я устала, – говорила Арина.
– Надо, мы должны, идём, – тянула за собой подругу Софи.
– Не должны, нет! – закричала Арина. – Мы могли остаться там, в избе, и сейчас Мира была бы с нами.
– Снова начинаешь? Перестань, мы уже говорили об этом. Мне тоже тяжело, я устала, и страшно не меньше твоего. Это и мои подруги тоже...
– Однако, идя за этим голосом, ты потеряла уже всех, кроме меня. Я следующая, верно? – кричала Арина, её голос отдавался эхом в такой глубокой тишине.
– Не кричи, не кричи! – строго сказала Софи, которая уже устала слушать обвинения. – Ты сейчас ещё кого-нибудь притянешь к нам своими криками. Там, на реке, это ведь ты кричала и притянула к нам то, что утащило Миру. А не кажется ли тебе, что это твоя вина?
– Ты обвиняешь меня? – уже тише произнесла Арина.
– А не надо обвинять, я никуда нас не тащила. Это ты виновата в том, что девочки мертвы! Я больше никуда с тобой не пойду, я устала, всё, с меня хватит прогулок вслепую. Мы даже друг друга не видим, не говоря уже о всякой всячине, живущей в этом тумане.
Каждая из девочек сидела на прохладной земле, обняв подтянутые к себе ноги. Они молчали, обижаясь друг на друга, уверенные в своей правоте. На самом же деле было непонятно, кто из них прав, а кто нет. С одной стороны, если бы Софи не позвала всех помогать ей спасать не известную никому душу, кто знает, возможно, сейчас бы все были живы. Но, с другой стороны, если бы девочки не вредничали и делали то, о чём их просил голос в момент опасности, сейчас все были бы живы.
– Софи-и-и-и, – протянул голос, – нам пора идти, вставай, ты обещала, помнишь?
– Помню, – коротко ответила девушка.
– Арина, идём со мной, я не хочу тебя терять. И если ты будешь делать то, о чём говорит голос, мы останемся в живых.
– Нет, я уже сказала. Ты можешь бегать за своим голосом куда тебе угодно, меня за собой не тяни.
Софи очень не хотела расставаться с подругой, но понимала, что другого пути у неё нет. Она искала спасение и не собиралась останавливаться только потому, что тот человек, которым она дорожила, не хочет двигаться вперёд и просит бездействовать вместе с ней.
– Прощай, мне очень нравилось с тобой дружить, как жаль, что наши пути расходятся. Не думала, что всё может обернуться вот так.
После этих слов Софи пошла в ту сторону, куда указывал ей голос, так и не дождавшись ответа от Арины. Она очень грустила и даже немного сожалела, что оставила её там и ушла.