Твой отец по-прежнему любил твою мать и не переставал уделять ей внимание, но чувства стали ослабевать. При каждом удобном случае он убегал к Каролине, всё более и более отстраняясь от Агафьи.
Каролина жила одна в ветхой, небольшой избушке, состоявшей из одной комнатки и маленького дворика, в котором обитала её собака по кличке Айт. Родителей у неё не было, отец утонул в проклятой реке. А мать сожгли за подозрения в колдовстве, когда Каролине было 15 лет. С тех пор она живёт одна. Твой отец мог приходить к ней в любое время дня и ночи, радуя её своим присутствием. Девушка старалась угодить ему, вкусно готовила, старалась всячески утешить его, рассказывала разные истории, позволяющие забыть тяжёлые будни. А после укладывала в свою постель, уверенная в том, что он только её. Она знала о том, что у него есть жена, но это не мешало ей быть с ним. Он говорил Каролине о своих чувствах, и она верила ему, ей хватало его слов и крепких объятий.
Когда ты родился, Никола, твой отец был так рад и благодарен твоей маме за то, что она родила ему сына, что начал чувствовать вину перед ней за свой поступок. И решил, что должен всё исправить, поговорив с Каролиной о том, что между ними больше не будет встреч. Но всё оказалось непросто, девушка не собиралась расставаться с ним. Она была уверена в том, что он любит её и останется с ней.
– Я люблю Агафью, – говорил он.
– А как же я? Ты говорил, что любишь меня.
– Ты молода и красива, уверен, ты ещё сможешь найти мужчину, который тебя полюбит. У меня уже есть семья. В то время мне было тяжело, и ты оказалась рядом. Нам было хорошо вместе, и я не жалею, что всё так вышло.
– Было тяжело? Что будет со мной? – стараясь не кричать, еле сдерживая внутри горечь отчаяния, выговаривала Каролина.
– Дни, проведённые с тобой, были отрадой, я благодарен тебе за тепло и ласку, которые ты мне дарила, – говоря это, он обнял её и поцеловал в макушку.
– Останься, со мной тебе будет хорошо! Я не смогу без тебя, – твердила девушка.
– Я надеюсь, это останется нашей тайной, прошу тебя, – умоляюще просил твой отец. И более ничего не говорил, лишь посмотрел с надеждой на неё и, не дождавшись ответа, ушёл. Дома его ждала любящая жена и новорождённый сын, в котором он души не чаял. На накрытом столе была приготовлена еда, и Агафья расспрашивала его о состоянии больного, у которого, по его словам, он был.
Тем временем сердце Каролины разрывалось на части, боль в груди не утихала, а лишь нарастала жгучим пламенем. Она корила себя за то, что поверила ему. Поверила его словам любви и обещаниям всегда быть вместе. Она была тогда ещё девчонкой, ей было лет семнадцать или около того. Он был первым её мужчиной, мужчиной, заставившим полюбить его, покориться ему и раствориться в нём. И что она получила взамен? Боль и разочарование, разбитое сердце и море слёз, в которых она утопала, оставшись один на один со своей любовью.
Несколько раз она украдкой встречала его и просила вернуться. Она была согласна быть второй и никому не говорить об этом. Но он отказывался, говоря лишь о том, как любит жену и ребёнка, которого она ему родила. Говорил о том, что у них всё хорошо и он не хочет ничего портить, встречаясь с ней.
«Да кто она такая? – думала Каролина. – И как так вышло, что было хорошо со мной, а остался с ней. Говорил мне, как с ней тяжело и невыносимо, что устал и хочет быть со мной». Наполненная ненавистью, она крутила множество мыслей в своей голове, обдумывая всё, что произошло.
И настал момент, когда она решилась совершить обряд, обращённый к душам мертвых. Каролина решила заключить сделку, совершив обмен.
В полночь она отправилась в лес, к той самой реке, которую люди обходили стороной. Река была небольшой, но очень глубокой, и каждый, кто осмеливался искупаться в ней, пропадал навсегда. Придя к реке, она расставила свечи у берега, сделав из них круг. Сняла с себя всю одежду и, распустив длинные волосы, вошла в центр круга, держа в каждой руке по горящей свече. Каролина читала длинное заклинание, вызывающее дьявола, и у неё получилось. Она сделала обмен: отдав своё любящее сердце, приносившее ей мучения, девушка обрела могущественную силу, о которой мечтала в моменты гнева.
Сердце больше не мучило её, но обида и злость не исчезли, заполняя Каролину изнутри. И по возвращении из леса она направилась к нему. Но не для того, чтобы снова пытаться уговорить быть с ней, совсем не за этим. Без малейшего шума и звука она оказалась в доме, выхватив младенца из люльки. Она держала ребенка вверх ногами, одной рукой. Агафья не понимала, что происходит, и без промедления вырвала своего малыша из её рук, закрыв собой, пытаясь успокоить.