– Что это было?
– Страж, на этот остров сложно было попасть живым, так же как и выбраться оттуда.
– Как же мы теперь пройдём? Моста больше нет.
На что Мари лишь улыбнулась ему в ответ, махнув рукой в сторону другого берега. И появился мост, крепче и шире прежнего, простой, не заколдованный.
– Пойдём искать твоего отца, – сказала Мари, приглашая пройти вперёд Никола.
Над этим островом было тёмное небо и отовсюду веяло холодом. Мари остановилась и сказала:
– Подожди, колдуньи больше нет, а значит, остров надо очистить, – сказала она, пройдя чуточку вперёд одна. Присев на корточки, Мари приложила руки к земле, говоря еле слышно непонятные для Никола слова. Между её рук стал образовываться шар, и, поднимаясь медленно вверх, она потихоньку раздвигала руки в стороны, тем самым увеличивая его. И когда она стояла уже в полный рост, а руки были по максимуму раздвинуты, она резко сдвинула их, вытянув перед собой. За счёт чего огромный шар двинулся вперёд, всё ещё увеличиваясь в движении, очищая всё вокруг.
Небо снова стало голубым, деревья зелёными, а вода чистой и прозрачной.
– Удивительно, сколько всего ты можешь, ты первая ведьма, с которой я был знаком, и лучшая из всех.
– Последнее время я сама себе удивляюсь, совсем недавно у меня и половины из этого не выходило.
Продвигаясь вперёд, они видели разных изнеможённых животных, лежавших на земле. И пройдя ещё немного, Мари заметила перед собой большого белого медведя.
– Билфорд, Билфорд, – Мари прибавила шаг. Подойдя к нему ближе, она села перед его лицом и, обняв, заглянула в его большие глаза. Он не шевелился, лишь изредка моргал глазами. А потом она обхватила его морду обеими ладонями и приблизилась к нему лицом.
– Билфорд, я пришла, как и обещала. Я здесь, ты слышишь меня? Ответь мне хоть что-то. Помнишь, ты рассказывал мне о твоём сыне, я нашла его, он здесь, со мной. Билфорд, прошу тебя, не молчи.
Слёзы начали стекать по её лицу, она не могла сдерживать себя, пытаясь услышать от него хоть что-то.
– Хватит, Мари, вставай, ты сильная ведьма. Я видел, на что ты способна, оживи его, ты ведь можешь это сделать.
– Не могу, к сожалению, людская смерть мне не подвластна. Я могу помочь умереть, избавив от страданий, но обратное, увы, не в моих силах.
– Ты даже не попробовала, не попыталась. Ты сидишь тут и плачешь, говоришь, что не можешь! Хватит, хватит реветь, – кричал он Мари. – Поднимись и хотя бы попытайся сделать это, – уже более спокойно добавил Никола.
– Да, наверное, ты прав, я попробую, – и, поднявшись на ноги, утерев свои слёзы, она начала колдовать. Она делала всё возможное из того, что знала, применяя самую сильную магию. Но результата не было: как она и говорила, это не в её власти. И, упав на колени перед Билфордом, она снова не смогла сдержать слёз.
– Прости, мой друг, что не смогла вернуться в срок. Мне жаль, но, знаешь, я убила её, Каролину. Как и обещала, я помогла вам избавиться от неё. Тёмной стороны больше не существует, Билфорд, слышишь меня? В тот миг сумел он лишь моргнуть в последний раз, закрыв глаза навечно.
Еще немного проплакав, Мари поднялась, прошептала несколько слов, после которых появилась глубокая вырытая яма. Обвив волосами своего друга, она аккуратно пронесла его над землёй и медленно опустила в могилу, ещё раз сказав на прощание:
– Ты был хорошим другом, тебя я не забуду. Прости за то, что раньше не пришла. Ты в сердце будешь жить моём всегда. Когда нужна была мне помощь, ты мне помог, рискуя жизнь свою отдать. Прости, что не смогла ответить тем же.
– Тебя, отец, не знал живым, но мне хотелось сыном быть твоим. Я думал, шёл к тебе навстречу, но оказалось, шёл, чтоб попрощаться. Твою я буду память чтить и вспоминать тебя со слов Мари и тех людей, что знали тебя раньше. Мне жаль, что вышло так печально, теперь остался я один. Ты знаешь, мне сегодня снился сон, как мы сидим с тобой на берегу реки и ты рассказывал о жизни прошлой, о том, как было хорошо. О маме говорил, какой она была хорошей, какой красивой и заботливой была. Ты говорил, что жизнь не вечна, но, Никола, цени её, она одна. А я, кивая головой, смотрел куда-то вдаль и слушал речи. И, знаешь, захотелось так тебя обнять, я быстро повернулся, чтобы сделать это, и понял, что сижу один и некого обнять.
– Никола, – Мари обратила его внимание на себя. Он поднял свой печальный взгляд и посмотрел на неё, заметив лёгкую улыбку.
– Твой отец, я думаю, что это он. Вы похожи.
– О чём ты говоришь?