Выслушав историю Розы, Лидия задумалась.
— Значит так, сестрица. — Я думаю, что смогу провести тебя к королеве. Но только тебя одну. Мы поступим так…
Когда две хоббитянки — одна в серо-голубом платье фрейлины королевы, другая — в цветастой дунландской юбке — подошли к воротам цитадели Минас-Тирита, стражники в древних черно-серебряных доспехах (но сменившие копья на мушкеты и мечи на шпаги) преградили им путь.
— Госпожа Лилия, кто это с вами? — спросил рослый унтер.
— Это моя сестра, — ответила девушка в голубом. — Я намерена представить ее Ее Величеству.
— Извините, госпожа Лидия, но я не могу пропустить вашу сестру без разрешения королевы, — твердо сказал стражник. — Вы можете пройти.
— Подожди здесь, Роза, — сказала фрейлина, после чего повернулась к унтеру. — Вы лично отвечаете, чтобы с моей сестрой ничего не случилось.
Когда Лидия вошла во двор цитадели, Роза оперлась об раку ворот. Ах, как жаль, что Халбард и его головорезы, проводившие сестер до пятого яруса, дальше с ними не пошли. Конечно, смысл в этом был — арнорцы ныне были не слишком популярны при дворе, но…
Через площадь, направляясь к воротам Цитадели, ехал отряд вооруженных всадников. Возглавлявший отряд Ворлон остановился у самых ворот и с трудом (мешала перевязанная правая рука) спешилась. Роза затравлено оглянулась, но, увидев, что Стражи Цитадели взяли мушкеты наизготовку, несколько успокоилась.
— Я должен арестовать эту воровку, — сказал Ворлон, махнув левой рукой в сторону Розы.
— Убирайся, — рявкнул унтер. — Здесь тебе не Лосарнарх, ты не можешь никого арестовывать. Со своим обвинением иди в суд.
— А если тебе так хочется воевать с девочками, ступай в Осгилиат, в квартал красных фонарей, — сказал вышедший из двора Цитадели высокий воин в черных доспехах Стража с офицерским горжетом. — Хоббитянку ты не получишь. Ибо Ее Величеству угодно принять госпожу Розу.
Подошедшая вслед за офицером Лилия подмигнула сестре.
— Ее Величество превратила Цитадель в воровской притон! — воскликнул Ворлон.
Стражи без команды вскинули мушкеты — и одновременно лосарнархцы выхватили пистолеты. Гвардейский офицер сжал рукоять тяжелой шпаги.
— Я не доносчик, и не стану привлекать тебя к ответу за оскорбление Величества, — медленно и отчетливо произнес он. — Но, когда ты выздоровеешь, мы с тобой сразимся насмерть. За честь моей королевы!
— А сейчас забирай своих головорезов и убирайся. Иначе я прикажу страже вас расстрелять. Не заметил, что обнажил оружие у стен Цитадели?
Ворлон помрачнел, но спорить не рискнул. С трудом влез в седло и ускакал (вместе со своими людьми). Офицер повернулся к Розе.
— Я премьер-капитан Стражи Цитадели Хьюрин. Ее Величество примет вас. Следуйте за мной.
— Итак, Вардамир, Саэрос, Ондоэр и Телемнар — задумчиво сказала королева Гилраэна. — Ты уверена?
Женщина поднесла к губам чашку чая. Лиственный узор на поверхности чашки сверкнул в луче заходящего солнца. Роза и Лилия, сидевшие за столом с королевой, переглянулись.
— Не сомневаюсь, — ответила Роза. — Вы можете не верить мне на слово, но подумайте: стал бы валет Вардамира Ворлон преследовать обычную воровку до стен Цитадели. И… стал бы Ворлон оскорблять вас, не будучи уверенным: вы недолго останетесь королевой.
— Это правда? — королева повернулась к капитану Хьюрину, неподвижно стоявшему у входа в комнату. Воин в тяжелых доспехах Стража странно смотрелся в домашней обстановке гостиной.
— Да, Ваше Величество. И, если госпожа Роза права, до начала мятежа остались часы.
«Четыре дня, если Вардамир будет действовать по плану, — мрачно подумала Роза. — Но капитан прав: что мешает герцогу начать прямо сегодня?»
— Раз так, — ступайте и позовите короля, капитан, — королева откинулась в кресле. — Пора действовать.
Роза выпила еще одну чашку чая, чтобы промочить пересохшее горло. Никогда она так много не говорила! Король Эрлос II рассеянно поправил кружевную манжету белой рубашки.
— Я не могу арестовать кузена Вардамира только на основании твоего доноса, — нервно начал он. В домашней обстановаке Его Величества не прибегал к офирциальному «Мы». — Но Ворлон натворил достаточно для ареста. Завтра я прикажу взять его и его прихлебателей под стражу и как следует допросить. Одновременно гвардия выставит из города наемников герцога. Если Вардамир будет сопротивляться — значит, виновен. Капитан, — король повернулся к Хьюрину. — Завтра с утра ко мне всех офицеров Стражи.