Не говоря ни слова, герольд вышел из зала — словно холодный ветер пронесся.
Проводив Карлиона взглядом, Наместник коснулся подлокотников кресла, но остался стоять.
— Что ж, теперь мы увидели зло, против которого боремся, — сказал он. — Наши военные планы остаются прежними. Но я хотел бы сделать одно объявление.
— Дочь моя, — сказал Тарандар, и, когда девушка встала перед троном, произнес: капитан Азагхал.
Теперь мужчина и женщина стояли пред троном, глядя друг другу в глаза.
— Сегодня я объявляю о помолвке моей дочери Ислимэ и премьер-капитана Изенгардских мушкетер Азагхала, сына Больга. Свадьбу сыграем после победы над узурпатором.
Когда Азагхал обнял невесту, Больг сказал:
— Может, я старый сентиментальный дурак. Но ради их счастья я готов воевать хоть со всем Гондором.
10. Рохан, 3 июля 1724 г. по летоисчислению Хоббитании
Ветер трепал черные знамена с гербом Изенгарда — черная башня на серебрянном щите. Полковник Больг стоял у бронзовой пушки и оглядывал поле боя. Его орудия были выстроены перед главными силами изенгардской пехоты. Два полка орков — мушкетеры впереди, пикинеры в шлемах и латах во второй линии — были грозной силой. Справа от пехоты строилась изенардская кавалерия — рейтары в сверкающих латах, драгуны в кожаных касках и черных мундирах. Между кавалеристами Больг заметил флаг мушкетерского батальона. Стрелки премьер-капитана Азагхала, усиленные четырьмя полковыми пушками, должны были поддержать огнем конников, имевших из огнестрела только пистолеты (заодно и новинку испытают в боевой обстановке!). Слева от изенгардской пехоты строилась пехота роханская — три неуклюжие квадратные баталии пикинеров, окруженные тонкой цепью стрелков. Мушкетеров среди них мало, многие из разномастно одетых роханских вояк были вооружены луками.
«Не завидую ребятам маршала Сэорла, — подумал Больг о вестфольдских пехотинцах. — Доберутся до них гондорцы — кишки полетят по закоулочкам. Ну ничего, поможем, если надо. По крайней мере, конница у роханцев хорошая».
Дальше к северу, за баталиями роханских пехотинцев, сверкали в лучах восходящего солнца латы роханских улан и трепетало на ветру королевское знамя. Его Величество, король Эодрейд, лично возглавлял тяжелую конницу. Вспомнив, как уланы — в чешуйчатых латах, в высоких шлемах, украшенных конскими хвостами, с пиками в руках и кривыми саблями на поясах — проходили мимо изенгардских рядов во время вчерашнего парада, Больг усмехнулся: конникам узурпатора сегодня явно достанется.
Наместник Тарандар, закованный в латы, восседал на черном коне под знаменем Изенгарда, в окружении телохранителей, среди которых выделялся алой генеральской перевязью. Тарандар лично командовал пехотой, предоставив вести в бой кавалерию генералу Эрестору.
Впереди строилась армия узурпатора. Кавалерия — на флангах, пехота и артиллерия в центре. Шесть пехотных и десять конных полков, четырнадцать тысяч человек.
И три тысячи орков-наемников из Мордора. Несмотря на всю свою ненависть к «узкоглазым», Вардамир нанял три полка Нурненских стрелков. Глядя на соплеменников с длинными ружьями, рассыпавшихся в цепь перед строем гондорской пехоты, Больг усмехнулся: в Палатах Мандоса гондорское золото им вряд ли пригодится.
— Не обращать внимание на стрелков! — приказал полковник своим артиллеристам. — Ваша цель — линейная пехота.
И, пройдясь вдоль позиции, лично проверил наводку каждого орудия.
О начале сражения известил грохот гондорских пушек и свист ядер. Часть ядер зарылась в землю или просвистели над головами повстанческой пехоты; но многие ударили в цель, вырывая бойцов из рядов.
— Огонь! — приказал Больг и уже изенгардский строй окутался пороховым дымом. Рассмотрев результаты залпа, полковник в азарте стукнул себя кулаком по животу. Все пятнадцать ядер ударили в гондорский строй, пробив в нем кровавые бреши.
Битва за Эдорас началась.
Халбард проверил, хорошо ли выходит из ножен палаш, после чего вынул из седельной кобуры пистолет. Враги приближались. Против двух полков изенгардской кавалерии Вардамир бросил два драгунских и два рейтарских полка. Они должны были смести малочисленную конницу правого крыла повстанцев. Но те приготовили нападавшим сюрприз.