На постоялом дворе «Толстяк Том» было людно и шумно. Проигравшийся днем ранее до снятой рубашки рыбак с воодушевлением и горячим желанием сегодня вновь бросал кости, а пришедшая из-за городского частокола группа озёрских крестьян просила у служанки уже пятый бочонок пива.
– ...И, преисполнившись сомнений, он опустил своё оружие. Взглянул храбрый герой ещё раз на лик своего врага, и пришло к нему осознание, что смотрит он на прекрасные черты своей любимой. Чары проклятия развеялись, и любовь была спасена. И жили они, как говорится, долго и счастливо! Мне эту историю поведали за чарочкой зелена вина и наказали распространять по всему свету, ведь в ней большой урок заложен, – вокруг разговорившегося наёмника, изображавшего из себя сказителя, уже собралась немаленькая толпа.
Неизбалованные подобными развлечениями жители Дубовой Рощи внимательно прислушивались к речи Марка из Варроберга, стараясь не упустить ни единого слова. Старик Том, несмотря на всё своё любопытство, убежал следить за работой трактира, но краем уха прислушивался к происходящему.
– Чё, прям так и было? – раздался громкий низкий голос из толпы. – Колдунств же не бывает!
– Что, не веришь? – ехидно поинтересовался стоящий на столе наёмник. – А зря-я-я! Я тоже не верил, и друг мой не верил. А потом пошли мы как-то раз к знахарке, говорим ей, мол, расскажи нам про судьбу, кому жить, кому умереть. И отвечает она нам: «Скажу вам будущее, но знайте, кто хочет предотвратить грядущее, только приближает его». И показала на моего друга, предсказала ему смерть от кабана, а мне гадать почему-то отказалась.
– И что? – завороженно переспросила девица, сидящая на лавке, задрав голову вверх.
– Что-что, загорелся он от этих пророчеств идеей всех кабанов повывести, пошли мы на охоту, завалили одного – а это был настоящий король среди кабанов – и он хвастливо заявил: «Не родился ещё тот вепрь, что меня на клыки насадит». Но не прошло и пары часов, как он рванул к кустам, придерживая штаны. Видно, свинка попалась не слишком полезная для кишков. Там-то его и цапнула змея.
– И он умер? Предсказание сбылось? – не выдержал паренёк, прислонившийся к окну.
– Да не, змея ужом оказалась. Он на неё наступил, вот она и испугалась. Но теперь свинину мой друг не ест, боится, да, – подвёл итог Марк, прищурив глаза в другой угол таверны и спрыгнув со стола.
Лишившись продолжения развлечения, толпа обернулась на шум, охнула и отхлынула. Перепившие озёрцы поймали служанку и, невзирая на её протесты и причитания, дёргали её в разные стороны, ругаясь до хрипоты между собой. Некоторые мужчины явно порывались остановить безобразие, но никто не хотел получить тумаков от толпы в одиночку. Внезапно на длинный стол рядом со столбом вскочила какая-то девица в дорогой одежде.
– Немедленно прекратить! Отпустите её! – звонкий голос разлетелся по всей таверне, и остальные крики резко смолкли. – Гаррек, Тед, Гилберт!
Охрана бойкой девушки немедленно вышла вперёд. Озёрцы выпустили свою несчастную жертву, что тут же упорхнула прочь, и сконцентрировались на новом веселье.
– Эти городские совсем %;№%*, братцы, бей этих №@$%^% нещадно! – вопль одного из них тренькнул в тишине, как тетива. И стрела сорвалась.
Вопя и крича во весь голос, пьяные до скотского состояния деревенщины ринулись на импровизированную трибуну. Внезапный полководец махнула рукой, и на помощь троице защитников бросилось ещё с дюжину горожан. Озёрцы оказались в окружении, но в хмельных головах мыслями о б отступлении и не пахло. Мужик с краю прохода кинулся было навстречу врагам, споткнулся об лавку и растянулся на полу. Не успев подобрать разлетевшиеся зубы, он яростно схватил кого-то за ногу, визжа и царапаясь. Тощий пастушок, осмелев от выпивки, вперёд всех бросился к Гилберту, но мгновенно выхватил удар пудового кулака, отлетел к соседнему столу и треснулся о дерево затылком. Разъярённая толпа, преодолев разделяющие их пять-шесть шагов, подобно неукротимой волне обрушилась на охранников.