– Я смотрю, ты у нас – обычная, совсем ничем не примечательная девушка родом из Мариции, там ведь все такие, не правда ли?
– Совсем не смешно. В турнире по куртуазности тебе явно не раз выпадал приз за худшее ухаживание за дамой, – недовольно сказала Хеннет. – Но я отвечу. Мой отец приехал из-за гор, через Старые Королевства, и взял себе местное имя, чтобы работать с торговой гильдией. Они чужаков не любят. А я родилась уже здесь.
Ощупывание наёмником оленьего мяса надоело торговцу дичью, и поставленный перед простым выбором Марк был вынужден незамедлительно заплатить, после чего он с нескрываемым раздражением отошел от прилавка. Задрав голову и взглянув на пепельно-серое небо, он обратился к своей спутнице с вопросом насчёт старьевщика.
– Старьевщик? – девушка бодро зашагала в нужном направлении. – А что ты хочешь ему сбыть? Трофейные мечи?
– Серебряные ложки да золотые кубки. Бытие наёмником не позволяет, понимаешь ли, таскать с собой кучу набитых монетами кошелей, – серьёзно ответил мужчина.
Старьевщик жил на краю Дубовой Рощи. Старый каменный дом покосился, но стоял крепко, похоже, ещё с тех времён, когда самого города ещё не было. Внутри их встретил пристальный взгляд немаленького внука хозяина. Полутёмное помещение переливалось отблесками пыльных витрин, а набитые сеном диваны при потушенном очаге, казалось, впитали ощущение древности этих стен. Старик, показавшийся из дверного прохода, завидев знакомое лицо, радостно запрыгал вокруг Хеннет, без умолку причитая.
– Душенька моя, как же ты сегодня хороша! Как папенька твой? Как здоровьице? Ещё не вышла замуж? Этот богатый господин с тобой? – сыпался неисчерпаемый поток слов. – Похудела-то как! Тебе надо чаще забегать на чарку винца к старому Винстанну!
– Дядюшка Вин, не суетись ты так! Не замужем я ещё, не замужем! Но гулять с твоим Дереком я не пойду, уймись.
Старьевщик отлип от девушки и, склонив голову набок и шевеля усами, уставился на наёмника. Марк представился и раскрыл поясную сумку.
– А вы, молодой человек, полны сюрпризов! Где только достали эти замечательные кольца? Ограбили жену богатого лорда? – Винстанн, отойдя к окну и хитро прищурившись, проверял вставленные в благородный металл рубины на свет.
– Скорее даже наоборот, но это слишком длинная история, чтобы ей делиться, – Марк нагло взял с полки старый клинок. – Хмм...
Железное лезвие было разъедено в нескольких местах не счищенной вовремя кровью, почти не видны были на эфесе старательно стёртые инициалы, а над клеймом кузнеца явно поработали напильником...
– Сколько, говорите, у вас таких чудесных украшений? – старик подошёл обратно, выхватил из рук наёмника меч и, бросив его на пол, принялся рыться в ящике позади прилавков.
– На вас хватит.
*****
8 октября, 143 г Третьей Эры.
Тяжело возвращаться на родину. Здесь остаются самые светлые, самые тёплые воспоминания детства и юности, первые глупые заботы и проблемы, любимые родственники. Путешествие домой вызывает чувство потери, осознание утраченных годов, сожаления о недостигнутом. Однако, нередко людей всё же тянет назад, к родной земле. Хоть на миг обратить время вспять, ощутить ещё раз вкус юности...
Хорошо, когда есть куда вернуться.
Он шёл по мощённой улице. Этот камень под ногами – почти единственное, что осталось неизменным с тех далёких времён. Больше не видать таких дорогих сердцу шпилей, не найти взглядом знакомого или весёлого кузена. Не зайти в милую комнатушку, где к подруге опять сбежала от родителей Энин. Не прокрасться в сад, где уже час сидит на толстой ветке дуба белокурая красавица, слушая пение птиц, и не запеть песню о несчастной любви, от которой она будет трогательно всхлипывать. Не скрестить клинки в дружеском поединке со всеми встречными подряд.
Та война перечеркнула всё.
На ум приходили воспоминания далёких битв с пришельцами из-за восточного горизонта, оглушительные победы, когда все стояли плечом к плечу, быстрые походы, где юные воины и опытные ветераны ели из одного котла, рассказывая друг другу всевозможные небылицы по вечерам.
И сцены жестокой войны, где не было правых и виноватых, войны, где не было ничего, кроме безжалостности, войны, за концом которой оказалось лишь одно.
Смерть.