***
— Я…
— Заткнись! Кретин! Шило в одном месте!
— Уточни.
— Уточню, блядь! Так уточню, что встать не сможешь!
— Обещаешь?
Вместо ответа Харли впечатал Брока в стену, мимоходом подумав, что место знакомое, меченое, можно сказать, и замер от прозвучавшего вопроса. В глазах напротив мелькнула улыбка, дыхание донесло смесь запахов пота, пороха и крови, и следующее ощущение — Харли смял губами жесткие, потрескавшиеся, в запекшемся вкусе, казалось бы, забытого страха давно им желанные губы.
Ногой захлопнув дверь квартиры, рукой Харли осторожно ощупывал плечо Брока, отмечая, что серьезных повреждений, кажется, действительно нет.
— Касательное… — прохрипел Брок, когда Харли немного отпрянул глотнуть воздуха.
— Сукин сын, — уже жестче зажимая Брока между собой и стеной, рыкнул куда-то ему в шею дрогнувшим голосом Харли, — я не хочу больше терять свое.
— А я — твой? — сглотнул Брок, его сердце ударило в сердце Харли, и плотину сорвало.
Раздевали друг друга в накрывшем водовороте, что пронес их мимо ванной и опрокинул на кровать. Харли приподнялся на локтях; замерев, смотрел на блестящее от пота и возбуждения смуглое тело под ним, только сейчас поняв, насколько оно стало для него дорогим и желанным.
— Ты — мой, — ответил запоздало на вопрос, но очень вовремя наконец для них обоих.
— Твой. Бен…
От произнесенного собственного имени ставшим единственно дорогим и необходимым как воздух человеком Харли пробрало крупной дрожью по всему телу. Он наклонился и коснулся губами ссадины на плече Брока. Под его глухой стон осторожно провел языком от края плеча к шее, шалея от вкуса кожи, ссохшейся крови и послевкусия антисептика, которым в машине залил рану Брока прямо через куртку.
Замерев, Харли ловил губами биение вены на сгибе шеи Брока и каждой клеточкой тела нетерпение его тела под ним, рвущееся к нему желание принадлежать. Немного приподнявшись над Броком, Харли с нажимом провел по его рукам от запястий вверх, поднимая и сами руки над головой Брока. Зафиксировав, прижал их к кровати, сам вытягиваясь и тем самым снова склоняясь над ним, прижимаясь постепенно от бедер и дальше пахом, животом, грудью.
Жесткие губы Брока дернулись, приоткрываясь. И Харли пропал в них. Вгрызался, сминал, засасывал, почти умирая уже так. Сейчас. Каменный член упирался в такой же Брока, и от этого вело еще больше. Они так долго держали в себе желание, купировали его, запирая на замок надуманных запретов и призраков прошлого. У каждого свои, те держали их на поводке памяти и какой-то вины перед ними и тем, что осталось там, за спиной. Но прошлое чуть не отняло у них будущее. Это Харли, обнимая там, в терминале, раненого Брока, понял, как никогда четко. И больше не собирался дурковать. И Броку не даст.
— Ты? Я? — Харли выдохнул в опухшие от поцелуев губы.
— Ты…
Харли даже не догадывался, каким счастливым сделает его одно это слово; даже не слово, а дыхание, едва уловимо коснувшееся губ. Они — два крепких дорвавшихся друг до друга мужика, ни капли не нежные фиалки, но сейчас Харли хотелось именно ласкать Брока до сбившегося пульса, до загнанного дыхания, до дрожи в каждой клеточке тела прежде чем взять, присвоить, накрыть. Сделать своим полностью и окончательно и уже никому не отдавать. Выскрести себя из могилы, в которую все же закопался со смертью Дэна, выцарапать Брока из рук его теней прошлого и наконец жить. Оставить боль памяти, приносить к ее ногам цветы, и идти вперед. Теперь Харли было, с кем и для кого.
Опустив руки Брока, Харли заскользил ладонями по его телу обратно вниз, обводил пальцами каждую мышцу, ловил губами прошибающую тело Брока дрожь, следуя за ее отголосками уколами поцелуев. Харли зацепил пальцы Брока за изголовье кровати, и тот хрипло рычал, но руки не убирал. Полностью отдавшись, доверившись Харли, Брок дал ему вести себя, и был таким сильным в этой слабости, в этом подчинении, что Харли напрочь выносило из головы остатки здравых мыслей и последних сомнений.
Затуманенными почти уже предельным возбуждением взглядом Брок указал в сторону прикроватной тумбочки, где Харли дрожащими руками нащупал початый флакон смазки.
— На тебя дрочил… — мягко усмехнулся Брок и тут же почти взвыл, когда Харли быстро и нетерпеливо, наскоро смазав пальцы, сразу двумя ввинтился в тугое кольцо мышц. Давно у Брока никого не было.
Горячая теснота Брока прошибла уже Харли, и так взмокшего от происходящего.
— Блядь… — захрипел он, снова яростно завладевая губами Брока, сгорая в сумасшедшем поцелуе и все сильнее разгорающемся жаре его тела.
Толкнувшись языком в рот Брока, Харли уже тремя пальцами ворвался в проход. Брок подался к нему, новая волна дрожи перешла на Харли, вышибая дух и почву из-под ног.
— Бен, твою мать… — рыкнул Брок, прикусывая его губу, и Харли, лишь немного приподнявшись, перевернул его на живот.
Руками удерживая за поясницу, Харли развел ягодицы Брока и, сам задыхаясь, коснулся прохода губами. Брок задрожал под ним крупной дрожью, заелозил в нетерпении, но Харли уверенно прижимал его к кровати. Брок уже откровенно матерился обрывками слов, и Харли наконец резко подтянулся на руках вверх, правой рукой приподнимая Брока за грудь, а левой направляя в него член.
Брок выгнуло как от удара током, когда Харли толкнулся в него. Первое проникновение: такое долгожданное, учитывая, сколько они вокруг друг друга круги наворачивали, что Харли чуть тут же не кончил. Зашипев, он пережал основание члена, вдохнул-выдохнул и, ощутив, как Брок уверенно подался назад, сам насаживаясь сильнее, сорвался.
Часто, размашисто Харли вколачивался в тело Брока, оцепеневшими, парализованными пальцами продолжая удерживать его торс над кроватью. Тот откинул голову, хрипя и тяжело дыша. Харли впился губами в его шею, ощутил заполошно бьющуюся вену, усилил темп уже запредельно и наконец бурно взорвался, изливая в Брока, казалось, все накопившееся за последние пять лет. О резинках никто из них не подумал, но Харли знал, что чист, и Броку доверял. Тот немного отстал от него, но на остаточных толчках Харли и отголосках его оргазма кончил и сам.
Харли уронил Брока на кровать и сам упал на его спину.
— Блядь… — хрипло выдохнул тот, дышать получалось через раз. — Я чуть не сдох. И хочу еще.
— Прямо сейчас, — поцеловав раненое плечо Брока, Харли потянулся сыто и довольно; соскользнув со спины Брока, прижался к его горячему, еще подрагивающему боку, — только схожу нам попить принести и позвоню Рилли.
— Угу… — буркнул Брок в подушку, не поднимая головы.
Шаги Харли стихли в направлении кухни. Воцарилась тишина, в которой дыхание ощущалось особенно четко. И свое, и того, чьи руки Брок успел перехватить, стремительно перевернувшись.
Комментарий к
Обложка к главе
https://yadi.sk/i/vdnjQuMhDnHGNA
========== Часть 9 ==========
Брок знал разные проявления смерти: громкие и разрушительные, взрывной волной разбрызгивающие человеческую плоть; долгие и неотвратимые, медленно удушающие паралитическими газами; однозначные и неотвратимые, давящие на грудь тоннами рухнувших камней или перекрытий. Но Брок знал и еще одно проявление смерти — тихое, незаметное, настигающее внезапно и так, что не успеваешь даже понять, что происходит. Более того, он с ним несколько лет сталкивался лицом к лицу и оставался жив. По мнению тех, кто его послал, до этого вечера.
Опыт и знание помогли даже не услышать, а скорее, почувствовать его. Брок успел перекатиться на спину, буквально выскальзывая из готовых сомкнуться на шее металлических пальцев; успел вытянуть руки и изо всех имеющихся сил сжать запястья. Кричать было бесполезно. Бен все равно не успеет — антирекорд Зимнего семь секунд — так Брок его еще и подставит. Пока что все указывало на то, что цель — он. И исход этой постельной игры был бы очевиден, не припрятай Брок в закромах памяти туз. Всех тузов туз.