– Жек, ну хватит, сентябрь горит-сентябрь горит. Ты че, телкострадалец?
– Ну нет. Че тогда включить?
– Киша давай.
– Надоел. Хочешь, свое врубай.
– А давай. Мужики, а вы слышали группу «Не будите спящих»? Там, конечно, рэп, но зато под акустику, чем не альтернатива?
Женя не любил спорить. Он подумал: «Конечно, Серегины песни и не пахнут альтернативой, но, для разнообразия, и, если парням нравится, пусть играет. Акустика прикольная».
***
Примерно через час парни разлили остатки пива по стаканам, и Серега подытожил:
– Хорошо посидели. Не знаю, как вы, а я именно в этот миг ощущаю счастье. Когда еще так соберемся?
– Завтра можем, – добавил Диман.
– Завтра не то, а может уже и не получится. В любом случае, давайте выпьем за классный денек!
После обеда Титька посоветовал наведаться на улицу Пролетарскую. Конечно, с Митрой они там еще не были, но по слухам в самом конце улицы живет старуха, настолько древняя, что даже двор свой не покидает. То ли боится, то ли уже сил мало осталось. На вопрос, почему Титька так и не дошел до этой бабки, тот сказал, что им было лень, потому что близился обед. А бабка, может, и не станет разговаривать.
Троице терять было нечего, коллективно решили отправиться на Пролетарскую улицу и найти ту самую древнюю бабку в надежде хоть что-то уже записать на эту, как ругался Серега, чертову шарманку.
***
Улица Пролетарская говорила сама за себя: неасфальтированная, сплошь старенькие покосившиеся и через один пустые дома, там жизнь словно канула в историю вместе с развалом Советского Союза. Женя про себя подметил, что улица будто бы сама хотела уйти на покой и всеми силами выгоняла последних жителей: целые семьи переезжали в областной центр или столицу, предпочтя большим поместьям съемные однушки.
– Да, бросают такие дома ради ненакопленного богатства, – сказал, как будто огласив общее настроение, Диман.
– Соглашусь, – подхватил разговор Серега. Раньше что было богатством? Поместье, хозяйство… А сейчас что? Живут в клетушках - зато в городе, со всеми его благами – вода, газ, походы в торговые центры и парки на выходных. А вот наш лес - чем не парк?
– Да кто их разберет… Едут все за деньгами в столицу, а сами в ней все и спускают. Живут в долг. Странные люди…
– Самое смешное, что мы с тобой сами как миленькие поедем, если приспичит…
Жара, казалось, дошла до предела, в воздухе стал чувствоваться запах озона, на горизонте появились темные грозовые тучи.
– Парни, кажись пришли, гляньте, какой древний домяра. Тут, наверное, и живет эта бабка, – сказал Серый, остановившись около старого покосившегося дома. В глаза бросался почти завалившийся забор, сбитый из уже давно не крашенного гнилого штакетника, выцветшие наличники с грязными окнами, крыльцу не хватало пары ступенек. Во дворе стоял старый сарай, крытый соломой, и такой же дряхлый колодец с ржавым ведром. Домашних животных не было, даже пустующей будки. Это было странно для сельского дома, ведь в селе собака – вместо сигнализации – залает, если кто-то подойдет к дому.
Серега постучал в окно. Подождал пять минут, однако никто так и не вышел. После чего он медленно поднялся на крыльцо, аккуратно открыл дверь и спросил: «Простите, есть дома хозяева?».
Подождав еще пять минут, Серега прикрыл дверь и спустился с порога.
– Нет, наверное, бабки. Или боится нас. Пойдем, мужики. Сегодня че-то непруха, – предложил Женя. Ему совсем не нравилось это место, и он хотел поскорее оттуда уйти.
– Кто там? Я не буду выходить, – тихо послышалось из дома, – заходите-заходите.
– О как, значит, не все пропало. Погнали! – подметил Серый.
Первым студентов встретил затхлый запах старины, и уже после возник грязный коридорчик с пустыми ведрами, стеклянными банками с непонятным содержимым на столике с облезлой клеенкой. Там же находились старые настенные часы. Приоткрытая дверь в комнату скрывалась за грязной тюлевой занавеской.
– Сюда, я сама не могу много ходить, ноги больные, сегодня уже с утра находилась, – сказала старушка.
Все трое тихо, как будто боясь кого-то разбудить, перешли из коридора в гостиную. Комната напоминала школьный музей, который в детстве посещал Женя: русская печь, ухват, старый стол у окна. Старушка, укрытая замызганным одеялом, лежала на маленькой деревянной кровати около печи, в противоположной от окна стороне.
– Здрасьте! Мы студенты-филологи, приехали к вам на фольклорную практику, – взял инициативу Серега, – мы ищем тех, кто мог бы нам рассказать что-то из русского народного творчества: частушки, потешки, сказки, прибаутки, может быть анекдоты. Меня зовут Сергей, а это Дмитрий и Евгений. Мы втроем ходим и собираем материал. Узнали про вас и подумали, может вы нам поможете… а как вас зовут?