– Большое спасибо, что спас меня, Юалд! Я – твой должник. Норси я ещё вчера поблагодарила, но она ответила, что, если бы не ты, оперировать было бы некого.
– Она не хотела рисковать челноком даже ради столь ценной добычи, как мармутское судно. Впрочем, в кабину пилотов мы так и не попали. Они всегда надёжно запечатывают самые важные двери. Зато, – он улыбнулся, а глаза потеплели, – нашли тебя. Я сначала подумал, что ты мертва, но проверил, чтобы знать точно. По правде, ещё несколько минут – и ты бы задохнулась.
– Спасибо, – повторила я тихо, ощущая, как при вдохе ткань комбинезона слегка натягивается на груди.
– Почему у тебя такое печальное лицо? – спросил капитан, пальцами приподнимая мой подбородок. – Я ведь обещал, что позабочусь о тебе, Лера.
Это была невинная ласка, ни к чему не обязывающая, но у меня в груди вспыхнул пионерский костёр. Я с трудом отвела глаза от его лица.
– Подумала о том, каково сейчас моим родным в их времени. Чувствую себя виноватой перед ними.
– За то, что тебя похитили? Ты бы не смогла воспротивиться этому, Лера. Или ты виновата в том, что улыбаешься? Глупости. Представь, будто родители знают, что ты жива, но понимают, что вы никогда больше не увидитесь. Какой жизни они бы тебе пожелали? Безрадостной, бесполезной?
– Нет, конечно.
– Тогда не вешай нос! В твоих силах прожить достойную жизнь. – Он вдруг посмотрел пристально мне в глаза: – Ты хотя бы раз плакала после того, как тебя похитили?
– Нет. Мне хотелось разрыдаться ещё в камере у мармутов – от боли, от одиночества, от осознания того, что всё кончено, но я сдерживалась, а теперь словно что-то мешает. Как будто я разучилась плакать. И это хуже всего, ведь после слёз мне всегда легче.
– Я ещё плохо знаю тебя, но, возможно, помогут обычные объятья?
– В смысле с тобой? – переспросила я.
Капитан кивнул.
– Чтобы ты не чувствовала себя одинокой. Чтобы могла рассказать мне, что тебя беспокоит, или чего тебе хочется.
– Ты всегда такой отзывчивый? – не выдержала я, не спеша бросаться в его объятья, хотя мне очень этого хотелось.
– Я помогаю, когда уверен, что смогу помочь, и не трачу времени с теми, кто обречён. Это жестоко, но зато не было ещё тех, кто разочаровался бы во мне.
– А как же нарушение закона? – ляпнула я, и тотчас прикусила язык. – Прости. Вырвалось.
Но Юалд не рассердился. Он снова повёл меня по комнате, правда, на сей раз не так крепко обнимая, и попутно рассказывая историю своего неповиновения.
– Какой главный ресурс любого мира, Лера?
– Нефть, газ… вода?
– Существа, его населяющие, и не только те, кто на верхушке пищевой цепочки. Не знаю, как у вас (и с большим удовольствием послушаю твои рассказы), но у нас люди относятся друг к другу бережно. Культура правильного взаимодействия прививается с детства, и каждый знает, что может трудиться не только для себя, но и во благо других. Конечно, без страсти и гнева не обходится, бывают и драки, и разочарования, тем не менее, никогда не доходит до настоящей ненависти. У нас давно уже нет войн, и главная планета – Триана – не имеет внутренних границ, хотя сейчас на ней живёт десятка три разных рас. Для всех есть единый, интернациональный язык. Он непрост, и был создан из нескольких других, но это произошло много столетий назад, и с тех пор, хотя мы и смогли сохранить многообразие культур, для всех есть одна обязательная основа. Даже те чудаки, которые часами зависают в виртуальном мире, приносят пользу и отлично знают законы. Например, полдня работают, полдня спят – а ночью отрываются. – Мы остановились передохнуть возле противоположной стены, и хватка Юалда снова стала прочной. – Никто не осудит тебя за желание выделяться, однако и преступать границы дозволенного не стоит. Четыреста пятьдесят лет назад мода на серьёзные трансформации захватила планеты второго круга. У женщин было по три груди, глаза на пол-лица, фарфорово-белая или почти чёрная кожа. Некоторые убирали ногти, другие делали крошечные уши… Всего не упомнишь, да я и не застал те времена, мне отец рассказывал. – Он посмотрела на меня, напряжённо ожидающую продолжения, и улыбнулся: – Увлёкся историей, прости. Я начал говорить об этике отношений и её значимости для того, чтобы ты поняла, что для нас это основа. А когда рушится нечто прочное и надёжное – это всегда страшно. При освоении новых миров законы взаимопомощи не так строги, человеческая жизнь обесценивается там, где ещё нет следов цивилизации, и тогда всё решает сила. С этим я и столкнулся, когда был одним из тех, кто осваивает новую планету. Мне пришлось сделать выбор – поступить по совести или выполнить приказ, защитить принципы содружества или пренебречь ими для спасения людских жизней. В такие путешествия обычно посылают до полусотни людей и двух капитанов, которые должны уметь отлично взаимодействовать. Фаид был мне как брат, мы не в первый раз работали вместе. Но вскоре после того, как обустроили поселение на далёкой сухой планете, он решил, что пора бы ввести новые правила. Всего перечислять не буду, скажу только, что ему захотелось побыть единовластным правителем мира, и законы он начал изобретать весьма глупые, вплоть до того, что возжелал себе в рабыни всех женщин. Мы называем это «сумрачным приходом».