– После расскажешь. Всё потом. А сейчас прижмись ко мне покрепче, котёнок. Дай тобой надышаться.
Я обхватила его руками и ногами, мысленно ища хотя бы один признак сна, но пока что всё и правда походило на реальность.
– Боги, да я как младенец! – вдруг звонко фыркнул мужчина. – Ты мне, что ли, подгузники меняла?
– Ну а что в этом такого? – покраснела я. – Мы с роботами ухаживали. Неужели ты думаешь, что мне это было противно? Ещё чего! Обычная забота о любимом человеке.
В глазах Юалда вспыхнули нежные синие искры.
– И совсем не смущалась?
– Немного. Но ты делал для меня то же самое, помнишь? Эй, эй, подожди, ты чего творишь?!
– Собираюсь пойти в душ.
– Нельзя! Ты на ногах не удержишься! – На всякий случай я схватила его за штаны. – Не пущу, так и знай!
Смех Юалда был звонким и раскатистым, и что-то подсказывало мне, что он вполне способен дойти, куда угодно, неся меня на плече.
– Моя отважная супруга разрешит хотя бы попробовать?
– Да, но, если ты начнёшь падать, я вряд ли смогу удержать!
– Я не упаду, но, если ты так беспокоишься, можно попросить о подстраховке робота.
Он дошёл до ванной своими ногами, и, хотя держал меня за руку, я чувствовала, что мои силы мужчине не нужны.
– Небольшая слабость, – сказал он уже возле кабины. – Но я уверен, что она скоро пройдёт. Что, малышка?
– Не верю, – пробормотала я. – Всё так внезапно… Мы думали, ты не очнёшься много лет!
– Моя битва окончена.
– Надеюсь, этот гад получил сполна!
Юалд усмехнулся и принялся раздеваться.
– Ты удивишься, но Ззирр вовсе не смерти моей желал. На самом деле он хотел помочь. Мы обязательно поделимся друг с другом всем важным, но сначала – вода.
Конечно, во время его сна мы с роботами проводили все гигиенические процедуры, да и кровать была особенная – благодаря ей я даже купала мужчину раз в неделю. Однако это было совсем не то, что постоять под прохладным потоком.
– Я пока что останусь здесь, вдруг ты себя плохо почувствуешь?
– Хорошо, – улыбнулся мужчина.
Правда, я сразу дала себе обещание, что не допущу никаких шалостей. Что бы ни говорил Юалд, ему определённо следовало сначала прийти в себя. Я наблюдала, как мужчина моется, и ловила на себе его лукавые взгляды.
– Может, присоединишься?
– Нет. Я хочу, но не стану.
– Жаль, но, может, не всё потеряно? Что мне сделать, чтобы доказать свою профпригодность?
Я не сдержала тихого смеха.
– Пройти обследование.
– Договорились. Система, ты жива? – тотчас сказал Юалд.
– Да, капитан.
– Проведи сканирование моего импланта и всех жизненных систем.
– Сделано, капитан, – уже через минуту отозвался голос. – Вы абсолютно здоровы, но вам стоит изменить систему тренировок и перейти на более калорийную диету.
– Да, да, благодарю. Ну, малышка? Убедилась?
Я прикусила губы.
– Тебе нужно поесть.
– Хорошо.
– И увидеться с ребятами. Я ведь не могу забрать себе всю радость до капли.
Он хрипло рассмеялся, пожирая меня взглядом, и я, пробормотав что-то о переодевании, поспешила смотаться в спальню. Я была готова ждать, если понадобиться, десять лет. Хотела сражаться за него, если потеряет в лабиринтах памяти себя настоящего. Думала, он проснётся ослабшим, потерянным, не готовым к переменам. Но я точно не ожидала, что Юалд будет силён, как прежде, нежен и напорист, как и всегда, и жаден до меня, словно не было ни внезапного сна, ни битвы, ни трудностей на нашем пути!
Мужчина вернулся в комнату голым, и я протянула ему свежий комплект одежды.
– Вот. До завтрака ещё есть время…
– Чтобы? – отозвался Юалд, принимая одежду, но не спеша одеваться.
Я отвернулась к иллюминатору, чувствуя, как сладко и тревожно колотится сердце.
– Помнишь то наше первое утро в этой спальне?
Юалд крепко обхватил меня сзади.
– Конечно. Тогда я хотел только твоего доверия.
Я повернулась и обняла его.
– А теперь?
– А сейчас – всего, Лера.
Больше я сдерживаться не могла, и Юалд сразу понял, что вопросов о том, как он себя чувствует, не возникнет. Он подхватил меня на руки и понёс в нашу нетронутую постель, где было так уютно, мягко и прохладно. Впрочем, простыни недолго оставались холодными…
Я помнила, что оголодавший Юалд опасен своей непредсказуемостью и жёсткостью, и в этот раз ждала чего-то пугающе сладкого, но ошиблась. Мужчина был нежен. Он целовал и гладил моё тело, пуская легчайшие мурашки, которые лишали воли и расслабляли намного лучше любого робо-массажа. Он был трепетно ласков, словно в первый раз, будто мы только обрели друг друга. А потом вдруг целовал так, что я вздрагивала, молчаливо просила ещё, и отдавала себя без остатка.