– Уверен, что нет.
– А если ветер деревья повалит? Хотя вряд ли, учитывая, что они могут раздвигать камни. Наверняка у них мощная корневая система.
– Именно. Отдохни немного, малышка. Постарайся расслабиться.
– Непривычно в костюме, – отозвалась я, обнимая его. – Но уютно. Ты рядом, и это главное.
Юалд коснулся моих растрёпанных волос.
– Это значит, тебе понравилось приключение?
– Очень. Особенно полёт сквозь облака и драка с обезьянами. Впрочем, подозреваю, нам ещё много подобного веселья предстоит.
– И я буду рад разделить его с тобой, но только если пообещаешь никогда не сражаться с любыми видами животных в одиночку…
И пока звучал гром и завывал ветер, мы вместе смеялись в своём маленьком домике в каменном лесу, где всю ночь было тепло, сухо и замечательно.
Глава 24
На Ибирье непогода была частой гостьей, и особенно красивыми были солнечные ливни, когда небо словно делилось на две части, одна из которых утопала в чёрных тучах, а другая сияла золотом, распахивая объятья для гигантских двойных радуг. Помимо «лысых» дождей мы постоянно наблюдали цветные туманы, которые не только раскрашивали утро, но ещё и мерцали вечером. По заверениям учёных, микроорганизмы, которые создавали столь волшебный эффект, опасности не представляли, и вскоре мы стали гулять по пляжам, наслаждаясь влажным прохладным воздухом и черпая горстями сияющий туман.
У каждого появилось на материке Месяца своё любимое место. Нам с Юалдом особенно нравилось находить тайные пляжи и водопады, а ещё озёра с кристально чистой водой, что прятались в лесной чаще. Правда, только к исходу четвёртого месяца Тшалами дал разрешение на купание в открытых водоёмах, и мы, взяв трод, отправились в то дивное место на вершине белой скалы.
– На обычных миссиях у меня не доходило до столь приятных процедур, – сказал Юалд по дороге. – Всё сводилось к простому учёту, исследованиям и долгим полётам. Наверное, поэтому я ни в одном мире не чувствовал себя счастливым.
– А здесь?
– На Ибирье мне нравится. Странно, но так хорошо и спокойно мне не было даже на Триане, хотя нам тут хватает трудностей.
– Иногда у меня появляется ощущение, что я долго бродила во тьме, и неожиданно обнаружила прежний дом, который забыла. И плакать хочется, словно каждая деталь, каждый звук напоминают о былом.
– Очень похоже на мои ощущения, – кивнул Юалд. – Здесь всё такое…
– Знакомое.
– Именно.
– Тебе это странным не кажется?
– Меня сложно удивить, – хмыкнул Юалд. – Возможно, мы и правда здесь когда-нибудь бывали. В прошлой жизни, давным-давно. А, вижу наше местечко.
В оттопыренной каменной губе, на высоте в двадцать этажей, приютилось замечательное озеро, которое питали несколько небольших водопадов. Попасть сюда можно было только на летучке, и мы, оставив её на неширокой площадке, пошли к воде.
– Это как раз то уединение, о котором я мечтал, – с улыбкой сказал Юалд. – А так как у нас сегодня заслуженный выходной, предлагаю просто наслаждаться.
– Поддерживаю. Я только не уверена, что стоит купаться голышом.
– Кого именно ты боишься: птиц тулулу, ребят, которых некстати занесёт сюда, или меня, голодного и непредсказуемого?
Тулулу были, пожалуй, самыми любопытными существами на побережье. С большими розовыми клювами, бледно-зелёные, они в первую же неделю начали подлетать к Терлиону, разглядывая нас и тулулукая между собой. Мы назвали их так как раз за издаваемые звуки, и вскоре смелые птицы стали летать за тродами. В этот раз они, правда, нас не преследовали, и я улыбнулась.
– А вдруг здесь сидит какая-нибудь особо хитрая рыба? Ка-ак цапнет за булку…
Мы рассмеялись.
– Роботы досконально изучили дно, забыла? Нет здесь опасных рыб, и кусать тебя имею право только я. Тем более за булки.
– А если и правда кто-то мимо пролетит?
– Лум предупредит нас. Он дежурит за скалой. И даже если скала вдруг начнёт рушиться, я успею нас обоих отсюда вытащить.
– У меня не осталось аргументов против, – улыбнулась я, обнимая мужчину за плечи. – Тем более что сегодня так тепло и солнечно.
Мы разделись донага, и Юалд широко улыбнулся:
– Давай с разбегу?
– Давай!
Прохлада обняла негой, и мне хотелось смеяться от счастья. На губах была сладость свободы, а в теле – изумительная лёгкость облака. Мы подплыли к водопаду, и, так как там было мельче, Юалд поднял меня над водой, чтобы подставить под ленивые струи.
– Как же это приятно, – прошептала я, запрокидывая голову. – Неземное блаженство!