Все мои воспоминания были целы, несмотря на предупреждения мармутов. Я смутно помнила операцию, извлечение импланта и вхождение в поток Времени. Я помнила, как прощались со мной мармуты. Инопланетяне не умели утешать, и они ничего мне не обещали. А если всё это – сумасшествие? Вдруг на самом деле я нигде не была? Но нет, на запястье поблёскивала умла, и на мне был надет гоночный костюм, подаренный Юалдом.
Куда делась Ольга? Поторопилась домой? Наверняка, потому что гроза уже заканчивалась, и прошло, должно быть, около часа с того момента, как мы с ней разбежались. Мне не хотелось вылезать из лужи. Мне было всё равно, что могли подумать случайные прохожие. Впрочем, этой тропой редко кто ходил.
Я не понимала, что происходит вокруг. Земля как будто изменилась, или это я разучилась внимать ритмам и энергиям своего времени? Пустота моя состояла из множества внеземных звуков. Я слышала голоса друзей и настойчивый голос Юалда, и буреногов средь дождя, и мурлыканье мховых котов. А ещё крики тулулу, которые залетали в окно, чтобы смешно прыгать по комоду. Мармуты сказали, что каждому своё время, но я больше не принадлежала этому прежде привычному настоящему.
Мне нужно было спрятаться, прийти в себя, переодеться, и я отправилась в госпиталь, не боясь, что могу столкнуться там с каким-нибудь агрессивным бомжом. Я чувствовала, что все навыки остались при мне, в том числе способность в полёте снести сколь угодно тяжёлого соперника.
В рюкзаке я обнаружила помимо знакомой одежды и красок сжатый до невероятного размера сканер здоровья, тэлу и рисовалку. Значит, вот что Юалд положил мне на прощание... Быстро переодевшись в свой зелёный, помятый, но более менее чистый костюм, я увидела на тэле мигающее оповещение.
– Проиграть видео? – спросил негромкий голос.
– Да.
На экране появился Юалд, сидящий на террасе. Судя по всему, он записал это видео в предпоследнюю нашу ночь на Ибирье, сразу после того, как прибыли мармуты.
– Малышка моя, если ты смотришь это, значит, ты уже дома. Сейчас, в нашем настоящем, ты спишь, но совсем скоро время разделит нас, и я больше не смогу видеть и слышать тебя. Впрочем, чувства мои от этого не ослабнут, и я знаю, что в твоём сердце тоже будет гореть пламя. Веришь ли – я хотел попросить тебя создать новую семью, найти хорошего человека… Но не смог. Не стану. Просто я знаю, что ты, как и я, однолюб. – Он тихо вздохнул. – Мы берегли нашу любовь, Лера, но порой цена за пусть недолгое, но яркое счастье слишком высока. Хотя я готов был заплатить и больше… Жаль, не потребовалось. На самом деле я бы очень хотел пойти за тобой, и ещё не решил, сделаю ли это.
Я остановила видео, сердце билось, как сумасшедшее. Нет, только не так!
– Мы договаривались, Юалд! – воскликнула я. – Не вздумай!
– Но, если ты сейчас одна, – продолжил мужчина, – значит, я по-прежнему здесь, в будущем. Прости за то, что не решился, или за то, что попытка моя провалилась. Знаю, я обещал не рисковать собой…
– Вот именно, обещал! Я-то своё обещание выполнила!
Пришлось надолго выключить тэлу, потому что меня просто разрывало на части. Неужели он отправился следом, повредил свой имплант? А если погиб?!
– Если когда-нибудь… – прошептала я. – Это будет не просто порка, Юалд. Я уж придумаю, как тебя наказать!
– Не о том ты мечтала, – продолжал мужчина с экрана. – Но жизнь продолжается. Ты знаешь, что я всегда буду с тобой, и ты не покинешь меня. Ведь главное, что мы всё-таки встретились. Надеюсь, из меня получился хороший муж.
– Так и есть, – прошептала я.
– А ты была мне самой прекрасной, самой нежной и отзывчивой супругой. Я должен сказать тебе и ещё кое-что важное, объяснить, почему был так уверен в честности мармутов и предопределённости судеб. Когда был в глубинах своего подсознания, и Ззирр учил меня контролировать силу, мы иногда беседовали о наших жизнях. И он раз за разом повторял, что ошибся, что не смог отпустить супругу, когда должен был, и что виновен – пусть лишь отчасти – в её гибели. Ззирр тогда просил не повторять его ошибок, и, когда придёт время, сделать правильный выбор. Кажется, я смог, хотя мне хотелось бороться за тебя до последнего, идти напролом, как я привык… Но был ещё разговор с богом на берегу горного озера, и тогда мы тоже беседовали о смирении, и принятии неизбежного, ведь порой это – единственно верное решение. – Он провёл рукой по глазам. – Впервые я не знаю, как утешить тебя, малышка. Если бы мог, я бы подарил тебе на прощание надежду, но, кажется, мы исчерпали её до капли. Поэтому просто – прощай. Я всегда буду любить тебя, и никогда не забуду. Ну, это ты и так знаешь, моя чудесная путешественница…