– И тем более к духам, – кивнула я. – Помню прекрасно, как ты тащила на кассу три парфюма, две маски для лица, литровый шампунь и вдобавок огромную банку скраба для тела «Райская клубничка»!
Ольга расхохоталась. С неба упали первые капли, и мы прибавили шагу.
– Ох и ливень будет! Класс!
Подруга не разделяла моего восторга, тем более что до дома было ещё минут двадцать. Нам предстояло обогнуть здание госпиталя и пройти через пустырь самым коротким путём до красных высоченных столбов Кленового комплекса. Я давно уже копила на съём, надеясь съехать от родителей, но получалось неважно, потому что заработок начинающего художника нестабилен и невелик, а постоянно принимать помощь мне не хотелось.
– Бежим быстрее! – крикнула Оля.
– Я не могу, рюкзак слишком тяжёлый.
– Что ты туда напихала? – рассмеялась подруга.
– Это мамины заказы с почты – косметика и прочее. Хорошо, что я коробки выпотрошила, так пришлось бы тащить под мышками… Ой!
В небе блеснула длиннющая синяя молния, и я пожалела, что не могу воспользоваться профессиональной камерой.
– Переждать бы в больнице… Я бы хоть на телефон поснимала!
– Ещё чего! – возмутилась Оля. – Я туда ни ногой, в эту обитель сверхъестественного!
– А вдруг там братья Винчестеры ждут не дождутся? – подмигнула я, зная её любовь к этому сериалу.
– Уж лучше тогда Кас.
Оглушительный грохот по-настоящему напугал нас. Ольга бросилась вперёд, опередив меня шагов на тридцать, а мне пришлось притормозить, чтобы подтянуть лямки рюкзака. Знала бы, что погода так испортится, пошла бы на почту через неделю! Дождь хлестал по лицу, и постепенно мир вокруг перестал существовать, осталась только плотная серая пелена. Я даже Олю больше не видела. А тут ещё поднялся дикий ветер, от ударов которого перехватывало дыхание. Я как-то смотрела видео, где человека поднимает в воздух сильнейшим порывом, а теперь сама почувствовала, каково это. Если бы рюкзак не застёгивался, его бы просто с меня сорвало, и, наверное, так было бы лучше, потому что лямки жутко сдавливали грудь, словно нечто медленно их затягивало. Я попробовала закричать, но только наглоталась всякой дряни, и вскоре поняла, что задыхаюсь. Меня кружило, как пушинку, кровь то приливала к голове, то резко уходила в ноги. Последним, что я запомнила, был сильный удар по голове, после которого сознание померкло мгновенно.
Я очнулась оттого, что было холодно, и сразу поняла, что на мне уже нет ни костюма, ни туфель. Ощущение было как после наркоза, язык казался каменным, и мерещилось, будто вокруг бродят мутные уродливые фигуры. Они даже говорили между собой на каком-то странном, кашляющем наречии, а я не могла пошевелить головой, чтобы всё как следует рассмотреть.
– По-мо-ги-те…
– Хтыр! – прозвучало возле самого уха, и я бы заорала, если бы нашла на это силы.
Мне удалось лишь повернуть голову и увидеть, что надо мной горит огромная белая лампа, а потом тело пронзила такая адская боль, что забылось всё. В позвоночник словно гигантскую иглу вогнали, и она была раскалённой, толстой, длинной... В десять лет при менингите мне делали люмбальную пункцию, и это было одно из страшнейших воспоминаний. Так вот теперь было намного страшней и в десять раз больней, чем тогда. Я хрипела, пытаясь вырваться, но неведомые путы держали крепко, и вспыхивали перед глазами какие-то нелепые, путаные образы, словно пришедшие из самых глубинных кошмаров. Хорошо, что я снова отключилась, но сквозь муть и муку продолжала чувствовать в теле чужеродное присутствие.
– Очнись! Просыпайся!
Неужели всё закончилось? Я трудно разлепила веки и поначалу решила, что нахожусь в больнице: неяркий свет длинных ламп, светлые обои… Нет, стены были металлическими, как и сам потолок. И лежала я на полу, на чём-то вроде татами или ковриков для йоги.
– Оль, что случилось? Мы где?
– Я не Оля.
Незнакомка – криво остриженная девушка в каком-то странном комбинезоне – помогла мне приподняться.
– Что происходит? – пробормотала я, пытаясь сглотнуть.
– Ты на корабле, – сказала она. – Космическом. Тебя похитили пришельцы.
Не будь мне так паршиво, я бы расхохоталась.
– Подожди, что? Я понимаю, декорации и прочее, но… Это ведь розыгрыш, да? Спецэффекты, актёры… Ах, чёрт!
– Боль – тоже спецэффект? Ты только не кричи, пожалуйста. Они этого не любят.